Бодров также рассказал ей, что в тот романтический вечер, когда она ужинала с Антоном в ресторане, яд в подаваемые ей блюда был добавлен пронырливым Федором, который не упускал ни малейшего шанса подзаработать. Именно он, внимательно следя за происходящими в заведении событиями, предложил Марго Игуанской так, по-средневековому изысканно, устранить с пути опасную конкурентку из Москвы. Наблюдательный Федор заметил, что для Марго с появлением Полины Дудкиной в их ресторане и в жизни Антона настали не лучшие времена. Поэтому он, предварительно щедро угостив дизайнера коньяком, предложил (не без корысти для себя, разумеется) с виду безобидный, но очень действенный метод борьбы с разлучницей. Марго, сама не своя от ревности и отчаянья, поддалась искушению припугнуть журналистку, дать ей понять, чтобы она оставила Малова в покое. Марго с Федором решили дождаться момента, когда Полина окажется в ресторане, и добавить ядовитые гранулы в ее еду. Получив с обезумевшей Игуанской солидное вознаграждение за свое преступление (Марго призналась, что заплатила ему пять тысяч долларов), юркий Федор ловко проделал манипуляции с тарелками. Все это он выполнил искусно, чтобы никто не поверил, что Полину отравили именно в «Маленьком домашнем драконе». И лишь неумеренная тяга завскладом Захарова к спиртному разоблачила официанта. Но об этом Полине совсем не хотелось вспоминать, да и чувство мести было абсолютно задавлено тоской по Антону. Она поблагодарила экс-подполковника за эти новости, передав всему персоналу ресторана пожелания удачи и процветания. Бодров заверил ее, что Антон Сергеевич обязательно сам позвонит ей в самое ближайшее время, пожелал здоровья и пригласил в Питер. На этом они распрощались, и Полина стала ждать звонка Антона.
Телефон по-прежнему молчал, и она хотела выключить его, чтобы не знать, что сам Антон так и не позвонил. Но позвонила Изольда:
– Полинка, ты сейчас можешь разговаривать? Ты стоишь или сидишь?
– Я иду в студию и еще могу говорить. Ты так поздно… Ты полуночник, что ли? Мой слушатель?… Или что-то случилось?
– Только что мне позвонил Олег.
– И? – выжидающе спросила Полина.
– Представляешь, он на следующей неделе приезжает в Москву.
– Опять совещание или собрание акционеров? – предположила Полина.
– Нет, он возвращается в Москву!
– Ага, иногда они возвращаются, – цинично сказала она. Полина никак не могла понять, почему сестра так взволнована.
– Полина, представляешь, он отказался от должности в Лондоне, и он будет работать здесь!..
– Невероятно! – воскликнула Полина. – Брусникин, карьерист до кончика своего галстука «Corneliani», отказался от повышения?!
– Да, он возвращается на свою должность.
– Он сам это сделал? Или… его попросили? – осторожно спросила Дудкина.
– Полинка, да ты что?! Как ты можешь?! Ты что, совсем не рада?…
– Извини, может быть, я и звучу так скептически, но я с трудом верю в происходящее. У него должны быть какие-то очень веские основания. Он – такой обстоятельный товарищ, он не может принимать такие судьбоносные решения без достаточных причин. Ты можешь мне подробно рассказать, что же все-таки произошло?
– Полин, он сделал мне предложение! Он хочет, чтобы мы поженились и были всегда вместе, – совсем как школьница, а не директор частной школы, выпалила Изольда.
– Ну, это многое объясняет, – выдохнула Дудкина. – Я поздравляю тебя, сестрица. Жалко только, что теперь ты не будешь ни Дудкиной, ни Бережной, а будешь Брусникиной. Но это так здорово! И моя семья опять вырастет… Сначала у меня появилась ты, а теперь еще и Олег… С ума сойти! Извини, родная: мне надо бежать. Приходи ко мне в гости завтра, и все обсудим. Это же такая потрясающая новость! Я тебя поздравляю! Или я это уже говорила?… Но все равно поздравляю. До завтра. Пока.
Полина пришла в студию, как обычно, за пятнадцать минут до начала своего эфира. Заглянув в ди-джейскую, она просигнализировала Алексу, что готова подхватить эстафету. Алекс удовлетворенно кивнул, улыбнулся и произнес в микрофон:
– Ну, что ж, уважаемые радиослушатели, к сожалению, я вынужден попрощаться с вами, потому что в студию уже пришел лучший кулинар нашей радиостанции Полина Дудкина. Через несколько минут начнется ее съедобный эфир – передача «После борщика в четверг», как всегда, на своем месте, но это еще не все. Сегодня Полина останется с вами на два часа дольше обычного, и в прямом эфире будет говорить с вами не только о пище телесной, но и о духовной: она будет говорить с вами о вечном, о любви! Счастья вам, дорогие радиослушатели. С вами был Алекс. Я обязательно вернусь.
Выслушав тираду Алекса, Полина остолбенела. Она, недоумевая, стояла в дверях, всем своим видом вопрошая коллегу: что все это значит?! Тот поставил в эфир музыку, снял наушники, жестом приглашая ее занять место ведущего в студии.
