Ответив Энакину милостивым и язвительным согласием разделить с ним трапезу, я начала выбирать себе образ.
Получить желаемый результат удалось не с первой попытки. Практически откровение для меня. Этакая новая эра внутренних гоблинов, мечтающих увидеть свет. Спали бы дальше в своем счастливом анабиозе…и не превращали меня в истеричку, поддерживающую лозунг: «Столько шмоток, а надеть нечего».
Облачившись в бойфренды и худи, покрутилась перед зеркалом. Любимое сочетание, дорогое сердцу, удобное телу; не вызывающее ненужный шлейф похотливых взглядов, а, следовательно, не пробуждающее мой праведный гнев и желание посылать в туманность андромеды.
Но закралась въедливая, непривычно-странная и надоедливо-досадная мысль: «Может стоит что-то поменять?». Не то, чтобы пёстрые жилетки медведей сменить на кожаную косуху, чулки с молниями, да еще открыть коробку с лабутенами, нет, не глобальная анархия и перестройка в картофельный ряд. Но, может, хотя бы хохлому на жилетках заменить? Выйти немного из сумрака собственных обычаев…
Худи был удалён с поля, и на замену пришла бутылочного цвета трикотажная кофта с круглым горлом и длинными рукавами, практически закрывающими пальцы. Она сидела свободно, но, в, отличие от предшественника, недвусмысленно информировала о наличии у меня груди. Размера непонятного, но, все же, холмы в тумане проглядывались.
Бойфренды тоже полетели на кровать и сменились чёрными джинсами чуть более плотно сидящими по фигуре. Своей длиной кофта успешно справлялась с задачей прикрытия моей задницы-предсказательницы, шепчущей: «Всё пустое» — но опять же… сумрак был на грани рассвета…
Телефон завибрировал под вздыхающими от горечи предательства бойфрендами, и я, поспешно достав его, взглянула на экран.
Дарт: Подъехал. Жду внизу.
Жди. Улыбнувшись томной улыбкой Малифисенты, напечатала в ответ: «Ок, я скоро». И вернулась к сборам.
В скрижалях, зашифрованных в моем стервозном лесу, оговаривался пункт о недопустимости выскакивать спешной заинтересованной канарейкой, если под окном ожидает тебя кавалер. Будь он хоть трижды глава итальянской мафии или Тор, обязательно с лицом и телом Криса Хемсфорта.
Количеством свиданий я не могла похвастаться, так как большей частью все желающие тонули еще на берегу, в зыбучих песках моих ласковых слов. А те, с кем мы выходили в море, демонстрировали неисправные дыры в своих горемычных, ржавых судах. А вечером Рафикович выслушивал мои возмущения с блаженной улыбкой на устах.
У меня имелось, как минимум, пятнадцать минут, которые я провела с пользой. Слегка коснулась кисточкой туши кончиков ресниц, распустила волосы, пару раз прошлась по ним мягким гребнем, подарком от Эрика. Затем дважды пшикнула на волосы дымку с маслом камелии. Название марки подталкивало язык к дислексии, но аромат опьянял сознание. Также дар его светлости. Точнее, передача мне всего того, что доставалось ему от клиентов или сотрудничающих с ним брендов.
Отвергла блеск, достав его из косметички, и закинула обратно. Отошла от зеркала, ругнулась, подошла, снова достала прозрачный блеск и нанесла тонким слоем. Такой окажется в желудке с первым же блюдом.
Взяла небольшую чёрную сумку, перекинула туда карточки, паспорт, проездной, на случай, если Дарт окажется полным козлом, а такси резко вымрет, как вид. Критически окинула себя ещё раз в зеркале в прихожей, засомневавшись, а не вернуть ли до сих пор хмычущие бойфренды. Но предсказательница обещала не отсвечивать и я, поверив ей, взяла ключи и вышла.
Оперевшись своим накаченным орехом о капот машины, Темнейшество ждал меня на том самом месте, на котором высадил, когда в первый раз довозил до дома. Руки скрещены, взгляд в асфальт. Думает о возможной переквалификации?
Чёрные джинсы, чёрная рубашка, чёрный пиджак и чёрная обувь. Не поверю, будто он пьёт что-то помимо американо или не морщится при упоминании сливок. Мне самой нравится чёрный, но если его сила так настаивает на моногамии темного … может прыснуть на него в экспериментальных целях святую воду и понаблюдать, что из этого выйдет?
А то иду на свидание с королем теней… Очень красивым и серьезным королем… Но мало ли…Надо было взять с собой печеньки и крошить их, оставляя след… иначе как Эрик сможет меня найти без подсказки-дорожки?
Голова Вейдера дергается, словно он прерывает свои важные переговоры с асфальтом, и взгляд устремляется в мою сторону.
— Привет, Ника. — улыбается и быстро проходится глазами по моей фигуре. За пробежку по моему телу — шуруп тебе в задницу, но, за ее быстроту, так уж и быть — со смазкой.
— Чудесно выглядишь. — открывает для меня переднюю дверь.
— Привет, человек в чёрном. — отвечаю Даниилу и сажусь в машину, стараясь унять свои припадочные ощущения при контакте с его мерином. — Признайся, как часто ты пользуешься нейрализатором?
Звук закрывающейся двери сливается с его смехом. Оказываясь в салоне, Даниил пристегивает ремень и с хитринкой в глазах поворачивается на меня:
