Я осторожно подплыла к краю расщелины, а выглянув, едва удержалась от того, чтобы испуганно вскрикнуть: посреди ниши стояли Клайк и Милера. Обменявшись обескураженными взглядами с Брайном, который тоже подплыл посмотреть, я снова уставилась на столь неожиданных визитеров.
— Если не сможешь уснуть, присылай ко мне горничную, я передам для тебя успокоительное, — тепло проговорил чародей, положив руку на плечо девушки, стоявшей к нему спиной.
— Не думаю, что возникнет такая необходимость, но все равно спасибо, — вздохнула Милера.
— Проклятье, я ведь так надеялся, что Брайн одумается хоть сейчас… а теперь мне страшно даже представить, что начнется в высшем свете! И ладно бы это касалось только его, но он подставляет под удар в первую очередь тебя!
— Не страшно, — сказала девушка с неожиданным спокойствием.
— Да нет, как раз страшно!
— Нисколько, — прошептала она и резко развернулась, оказавшись с чародеем лицом к лицу. — Знаешь, наверное, ты прав, и то ожерелье действительно приносит счастье, — горько улыбнулась Милера. — Потому что пускай происходящее и неправильно, пускай это мой долг, и теперь нам следует ждать только более громких скандалов, но я действительно счастлива, что он сбежал.
Возможно, мне показалось, ведь в нише было довольно темно. Но я готова поклясться, что на миг Милера переплела с Клайком пальцы дрожащих рук, прежде чем спешно уйти.
Благоразумно рассудив, что до утра нам лучше не высовываться, мы с Брайном остались ночевать в нашем маленьком убежище. Увиденное настолько меня поразило, что из головы вылетели все мысли о том, что Брайн так невыносимо близко. Вернулись ко мне эти мысли утром — когда я поняла, что спала на коленях принца. Я ощутила, как щеки налились краской, поспешила всплыть и уселась на край расщелины.
— Как думаешь, хоть немного утряслось? — смущенно спросила я, отводя взгляд, когда Брайн сел рядом.
— Вряд ли, — печально вздохнул парень. — Похоже, отец вчера разозлился даже больше, чем я рассчитывал. В том, что он будет в бешенстве, я не сомневался. Но если я правильно расценил эти нотки в его голосе, то… кажется, вчера мы наблюдали новый, ранее невиданный уровень его гнева.
— Да уж, выдал ты номер.
— Тем не менее я ни о чем не жалею, — серьезно проговорил Брайн, глядя на меня.
Вздрогнув, я на несколько секунд оцепенела, после чего поспешила встать на ноги и покинуть убежище, чтобы направиться к выходу из ниши. И тысяча чертей, какая же это была плохая идея! Не успела я пройти и десяти метров по запутанным аллейкам, навстречу мне в сопровождении личной стражи вышел король. Я думаю, именно такое выражение лица бывает у серийного убийцы, которому в темном переулке попалась жертва, преследуемая им на протяжении последнего месяца.
Я ожидала услышать грозные пафосные речи, приправленные угрозами, оскорблениями и прочими пожеланиями счастья-здоровья. Но король меня удивил. Не сказав ни слова, он подлетел ко мне, словно вспышка молнии, и размахнулся, чтобы ударить кулаком в живот.
Оторопев от такого жеста, я только и смогла, что втянуть голову в плечи и зажмуриться.
Но по какой-то неведомой причине удара так и не последовало. Не ощутила я его и через несколько секунд. Смутно догадываясь, что что-то здесь не так, я наконец решилась приоткрыть глаз, чтобы посмотреть на происходящее, а в следующий миг удивленно вытаращилась на картину, от которой возможность двигаться и вовсе меня покинула.
Выскочив перед королем, Брайн крепко держал его кулак, так и не успевший до меня долететь.
— Как это понимать? — яростно прошипел морской правитель.
— Аналогичный вопрос, — выпалил принц в ответ.
— Ты что же это, поднимаешь руку на отца?
— Нет, всего лишь не позволяю ему распускать свои собственные, — проговорил юноша, сильнее сжав пальцы на кулаке короля. — С каких это пор ты позволяешь себе бить женщин?
— С тех самых, как они превратили голову моего сына в пустую ракушку, — напряженно выдохнул король, с силой вырвав руку. — Как ты смеешь перечить мне?
— Просто надоело во всем с тобой соглашаться, — холодно сообщил Брайн, закрывая меня от короля спиной. — Надоела та иллюзия свободы, которой ты все эти двадцать лет пытался заткнуть мне рот. Я долго терпел и мирился с ней, но знай: теперь есть вещи, в которых я не уступлю.
— Неблагодарный нахал, — скривился король. — Многие наследники до тебя не имели и десятой доли той свободы, что я дал тебе. Но теперь я понимаю, почему их держали в такой строгости, почему вырывали с корнем малейшие зачатки всей этой дряни. Если распустить наследника хоть немного, его понесет, и он начнет творить все, что ему вздумается. И опозорит свой род, попирая вековые традиции королевской семьи! Наплюет на свой долг наследника престола!..
— Мой долг как наследника престола — стать образованным, справедливым и мудрым правителем: отменным экономистом, искусным политиком, сильным воином и стратегом.
