Тот день у Афанасии явно не задался! Сестра Клавка — тиранка и иждивенка — с самого утра выгнала ее из теплой постели в сберкассу оплатить счета. Бедняжка покорно стояла в километровой очереди и тихо злилась, пока не стала заложницей зашедшего ограбить сберкассу бандита. Впрочем, трагическая роль Афоне даже понравилась: преступник — красавчик хоть куда, да и агрессивные бабки враз присмирели, освободив вожделенное окошко оплаты коммунальных платежей. А вот дальше дело пошло хуже! Парень, восхитившись смекалкой и невольным содействием девушки, с радостью взял ее в напарники…
Очередь в сберкассу, состоящая в основном из ворчливых пенсионерок, казалось, застыла на месте. Я стояла за долговязой теткой в ядовито-зеленом драповом пальто, вышедшем из моды еще в начале ледникового периода, и злилась. Помещение сберкассы, или, как теперь говорят, Сбербанка, было маленьким и душным.
Кондиционеры, если и имелись в наличии, со своими обязанностями явно не справлялись, отчего настроение портилось еще больше.
«Вот так всегда, — распаляла себя я, — даже в выходной день не дадут человеку праздно провести свободное время! Неужели Клавка сама не могла оплатить все эти бумажки? Нет, надо ведь было меня послать. Эх, был бы хоть Димка дома! Он бы меня, конечно, спас…»
Но Димка, мой муж, как назло, дома отсутствовал. Его ненормальное начальство услало любимого в очередную командировку. Разумеется, строго секретную, как и все в ФСБ. Именно там трудится на благо страны и общества мой супруг, Димка Брусникин. Однако для меня нет ничего секретного, и я знала, что в данный момент Димка находится в маленьком городке Лодзь и выполняет особо важное задание.
Таким образом, на некоторое время мы с Клавдией опять остались вдвоем. Клавдия — моя сестра по папеньке. Однажды она заявилась ко мне домой, объявила о нашем родстве и осталась навсегда под девизом «Мы должны держаться друг за друга». Бразды правления активная сестрица сразу взяла в свои руки.
— Ты, Афанасия, занимаешься важным государственным делом! Вот и отдавай ему все силы. А уж остальное я возьму на себя.
Поясню: я преподаю литературу и русский язык в старших классах одного московского лицея. Работа адская, не оставляющая ни времени, ни сил на личную жизнь. Первоначально Клавка влезла и в эту область, но потерпела фиаско, поскольку я сама нашла себе супруга, гоняясь по египетским пескам за парочкой придурков.
Очередь почти не двигалась. Я стояла за «ледниковой» теткой и проклинала свою судьбу. Молоденький охранник, видя мое сумеречное состояние, сочувственно строил глазки.
В тот момент, когда я уже готовилась учинить скандал по поводу ненадлежащего, то бишь медленного обслуживания клиентов, в сберкассу вошел юноша весьма приятной наружности.
Признаюсь, я на него засмотрелась. Да и было на что: широкие плечи, чувственные губы, копна смоляно-черных кудрей, упрямо выбивающихся из-под лыжной шапочки, голубые глаза, в общем, полный боекомплект. Старухи из очереди, разумеется, никакого внимания на пришельца не обратили. Да и зачем им? Все естественные инстинкты у них зачахли как раз в том самом ледниковом периоде.
Парень внимательно оглядел очередь, потом подошел ко мне, бережно взял за локоть и интимно прошептал в самое ухо:
— Ты заложница, малышка!
Это стало для меня неожиданностью. Примерно полминуты я глупо молчала, а потом спросила:
— Как это понимать? — Я мило улыбнулась, все еще не въезжая, в какую историю вляпалась.
Парень натянул лыжную шапочку на лицо так, что видны остались только глаза, губы и кончик носа, и торжественно, на весь зал провозгласил:
— Спокойно, это налет! Всем лечь на пол, руки за голову и ни единого движения, иначе у этой молодой дамы в голове появится маленькая, но симпатичная дырочка. Кто двинется — такую же дырочку нарисую и ему. Эй, — крикнул парень охраннику, который несколько минут назад строил мне сочувственные глазки, а сейчас тянулся к кобуре, висевшей у него на поясе, — даже не пытайся! Я стреляю быстрее и точнее. Уверяю, ты не успеешь даже достать свою «пукалку», как в голове у тебя образуется свободное пространство. Так что не рискуй, ложись на пол и замри.
У молодого террориста откуда-то появился пистолет, который очень неудобно упирался мне в область виска.
— Послушай, подвинь немного пистолет, мне неудобно, — капризно попросила я террориста.
— Извини, — пробубнил он и передвинул пистолет на мой затылок.
Очередь, состоявшая, как я уже успела заметить, в основном из пенсионерок, кряхтя, стала укладываться на полу. Делали они это очень медленно, что раздражало даже меня.
— Шевелите конечностями, клюшки доисторические! — прикрикнула я на теток, давая наконец выход накопившемуся раздражению. — Никакого терпения с вами не хватит!
— Спасибо! — выдохнул мне в ухо парень.
— Да бога ради! С превеликим удовольствием. Эти клюшки меня тоже достали! — воскликнула я, а потом поинтересовалась:
— Чего надо-то?
Парень слегка растерялся, а потом почти твердым голосом крикнул:
— Так, деньги, быстро!
С этими словами он подтащил меня к окошку оплаты и протянул растерянной кассирше пластиковый пакет:
— Все, что есть, сюда, быстро!
Женщина принялась кидать туда какие-то купюры, а я с надеждой спросила:
— А можно я коммунальные услуги оплачу, пока народу мало?
— Ты что, офигела? Сейчас сюда уже менты едут! — проорал мне в ухо молодой человек. — Быстро сматываемся!!!
— Но… — попыталась возразить я, однако меня никто не слушал. Террорист схватил пакет, который ему протягивала испуганная кассирша, и, ласково обнимая меня за талию, рванул к выходу.
