Эбигейл живет с племянниками в небольшом коттедже на окраине деревни. Накануне новогодних праздников на пороге их дома возникает человек в черном, и сообщает, что мать детей была принцессой, и ее брат король желает видеть своих племянников. Отказаться от приглашения невозможно, согласиться — потерять племянников навсегда…Зимняя сказка со счастливым концом.
Мягкий пушистый снег огромными хлопьями падал на смерзшуюся землю, накрывая ее точно пушистым одеялом.
— Снег! Снег! Эбби, можно мы пойдем играть? — близнецы Тимоти и Джул даже приплясывали на месте от нетерпения. Девушка с улыбкой взглянула на непоседливых племянников. Очаровательно взъерошенные, сейчас, когда Джул была в брюках, позаимствованных у брата, племянники были похожи, как две капли воды.
— Джул, может быть, тебе стоит переодеться? — начала Эбби, но девочка беззаботно отмахнулась:
— Мне так удобно! И к тому же мы не будем уходить со двора!
— Ну пожалуйста, Эбби! — поддержал сестру Тим.
Эбигейл вздохнула.
Возможно, стоило быть строже и напомнить им о хороших манерах, но детские мордашки светились счастьем, и девушка невольно улыбнулась.
— Только не простудитесь, — напустствовала она.
В конце концов, их коттедж стоял на отшибе и вряд ли кто-то из деревни станет следить за детьми во дворе.
Эбигейл знала, что местные жители неодобрительно косятся на нее. Незамужняя девушка с двумя детьми, вызывала кучу сплетен. Возможно, дело было именно в том, что после смерти брата и его жены, Эбигейл, взявшая к себе племянников, не слишком желала общаться с людьми, остро переживая потерю. А возможно, в том, что в небольшом поселении не жаловали чужаков.
Но оставаться там, где прошло её детство, каждый день видеть сочувствующие взгляды, то и дело выслушивать соболезнования и, главное, успокаивать детей, которых сердобольные кумушки с причитаниями называли «бедными сиротками», Эбигейл не могла.
Она бросила задумчивый взгляд в окно, где Тимоти и Джул скатывались с небольшой горки. Щеки детей раскраснелись, а голубые глаза светились от счастья. Хотя бы ради этого стоило переехать.
Девушка вернулась к столу и принялась доделывать венок из алоцвета — непременный атрибут, который украшает двери в дни зимнего солнцестояния и защищает жителей дома от злых духов. Вчера они все вместе ходили в лес и наломали веток с зелеными листьями и кроваво-красными, подернутыми морозами бутонами. Теперь в тепле цветы распустились, а ветки стали гибкими. Оставалось лишь заплести их определенным способом, чтобы привлечь милость снежных духов, и повесить на дверь.
Эбигейл почти закончила, когда дверь хлопнула, впуская племянников. Вместе с ними порвался и морозный воздух.
— Эбби, Эбби! — громко позвала Джулия
— Этот господин спрашивал о тебе! — подхватил Тимоти и шмыгнул носом.
Девушка обернулась, чтобы сделать замечание племянникам, и замерла при виде высокого темноволосого мужчины. Его цилиндр был усыпан снежинками, как и длинный темный плащ, из-под которого выглядывали до блеска начищенные сапоги.
Темные волосы посетителя были тщательно уложены, а на висках виднелась седина. Впрочем, она не портила его, как и морщинки у серых глаз, в которых сейчас таилась насмешка.
Эбигейл моментально узнала незваного гостя. Именно он приехал тогда к её брату, пытаясь вынудить того отказаться от свадьбы. Тогда Томас сгоряча пообещал спустить наглеца с лестницы.
И вот этот человек снова появился на пороге их дома. Эбби догадывалась, почему.
1–2
Сердце замерло, а потом застучало слишком часто.
— Лорд Эванс? — не удержавшись, девушка бросила испуганный взгляд на племянников. — Чем обязана?
— Мисс Торнтон, если я не ошибаюсь, — как и положено аристократам, лорд Эванс слегка растягивал слова, давая понять собеседнику, что уж он точно никуда не торопится.
Эбби кивнула, выжидая, пока незваный гость продолжит. Но тот внимательно рассматривал притихших детей, которые, почуяв неладное, замолчали и теперь жались к тете, точно птенчики. Эбигейл обняла их и с вызовом взглянула на лорда Уилторпа.
— Они похожи на ее высочество. Особенно девочка, — наконец произнес он.
— Её зовут Джулия, — как Эбби не старалась, голос дрожал.
— Даже так? Очень приятно, — гость ничем не выдал недовольства этим именем, поклонился и взглянул на мальчика. — Ну а вас, ваша светлость… как ваше имя?
— Тимоти. Тимоти Торнотон, — церемонно ответил тот. — Но почему вы назвали меня ваша светлость?
Мужчина выпрямился и перевел взгляд на Эбигейл.
— Только не говорите, что им ничего не сказали! — с осуждением воскликнул он.
Девушка пожала плечами:
— Вы же прекрасно осведомлены, что после свадьбы… Мелиссу лишили всех титулов. Им с моим братом показалось, что для детей будет лучше не знать…
— Не знать чего? — две пары ярко-голубых глаз устремились на Эбигейл. — Эбби, мама что-то скрывала от нас?
— Ничего такого… — начала девушка и осеклась под подчеркнуто удивленным взглядом лорда Эванса.
— Ничего, кроме того, что ваша мама была принцессой, — слишком мягко сказал он.
— Принцессой?!! — два голоса слились в один.
Дети переводили ошеломленный взгляд со странного гостя на тетю. Эбби опустила голову, признавая поражение.
— Да, ваша мама была принцессой.
Она настолько привыкла хранить тайну, что слова давались с трудом.
— Ух ты! Настоящая принцесса? — ахнула Джул. Тимоти, наоборот, с укором взглянул на тетю:
— И ты молчала?!
