Принц, принцесса, белая роза полностью

Лена

– Мальчики, девочки! Здравствуйте! До начала защиты дипломов остаётся сорок минут. Открываю аудиторию. Давайте! Расставляйте столы, цветы, скатерть. Кто первый защищается – вешает плакаты. Скрепки, номерки, кнопки есть? Если нет – сейчас принесу. Минералку, соки, стаканчики, конфеты, фрукты – всё ставьте. Себе воды не забудьте, жарко сегодня. Ну да не мне вас учить. Давайте, Юлия, командуйте!

Наталья Алексеевна, полноватая невысокая женщина, бессменный секретарь-распорядитель этого мероприятия уже долгие годы, с улыбкой смотрела на нашу суету. Я тоже улыбнулась. Все такие красивые, праздничные. Хотя боюсь – жутко! Но с другой стороны, это же последний день учёбы. Фактически. А что потом, Леночка? Работать? Где? Вместе с Юлей? Можно, если не найдётся ничего лучше. Найти лучше?! При её папе?! – Шуточка в духе Вячеслава Игоревича… Или выйти замуж? Вот это был бы финт ушами! Но не зовёт никто… Да и не думала особо. – А пора бы уже подумать, Елена! – А можно ещё и то, и другое одновременно…

– Лена!, что ты стоишь?! – кричит Юлия, моя подруга, моя подушечка для слёз, мой неизменный партнёр по выполнению и сдаче учебных контрольных точек, староста нашей группы и лидер по жизни. – Хватай сумки, заноси в аудиторию. Мальчики! Столы, скатерть давайте. Людочка, ты идёшь первой? Не стой тогда, вешай плакаты. Сергей, помоги Люде развеситься!

Сергей – смешной, толстенький. Один из братцев-акробатцев. Так их компанию Вячеслав Игоревич окрестил. Их трое, они всегда вместе, «Два варианта на троих делаем!» – обычно говорит Юрец, он у них, типа, за главного. И Сергей часто солидно добавляет: «Неизменно!». Третий, Женька, почему-то отсутствует. Но он часто опаздывает. Сейчас Сергей недоволен:

– Помочь, это значит повесить их за неё? А она будет стоять в прострации?

Людмила – она такая. Замирает в неподвижности, задумавшись, и стоит минут пять. В её внешности есть что-то загадочное, неземное. Вячеслав Игоревич иногда называет её очень красиво – звёздная девушка. Но сами мы к Людмиле обращаемся проще – «Звёздочка» или «Звездюля».

– Пока наша звёздная девушка думает, вы, Вера, как истинная дочь кузнеца, должны взять на себя всю смелость ответа! – так он шутил.

Вера и Люда – это как мы с Юлькой. Всегда вместе. Вера очень большая. Широкая кость, как говорят. «Дочь кузнеца» – это гораздо более благозвучное прозвище, чем её называют у нас в группе. Мне Вера нравится. И ещё она очень умная. Наверное, умнее всех нас.

– Данила! Тихон! – продолжает распоряжаться Юлия. – Постелили скатерть? Молодцы! Спасибо невероятное! Хватайте вазы – и за водой. Куда цветы будем ставить? Лена, Вера! Конфеты разложены? Фрукты теперь! Помыть их кто-нибудь додумался?

– Грязными сожрут, – беззлобно говорит Тихон.

Тихон Зорин. Его чаще называют «А зори здесь тихие» – мнемонически легко запомнить. Тоже Вячеслав Игоревич придумал.

– Ой, черника! Обожаю! – восхищается наш секретарь-распорядитель. – Можно мне специальную тарелочку?

– Конечно, Наталья Алексеевна! – немедленно реагирует Юлька. – Исключительно для вас! Самая крупная и вкусная! Данила, передай.

– Раскомандовалась, Трясогузка, – совсем тихо говорит Данила.

Трясогузка – это Юлия. По слухам, тоже обзывалка Вячеслава Игоревича. Но это только с Данилиных слов. Сам Вячеслав Игоревич мне говорил, что он смотрел в окно и просто увидел странную птицу. Она хвостом всё время трясла. Он и предположил, что эта птица называется – трясогузка. А Юля в это время в аудиторию хотела войти:

– Можно?

– Какая интересная птица. Трясогузка, наверное.

Вячеслав Игоревич говорил, что он не слышал Юлиного «Можно?». Он обернулся на Данилину фразу:

– Точно, Юленька! Вы правы, Вячеслав Игоревич! Наша Юля – это интересная птица трясогузка. Точнее не скажешь!

Кто прав? Поди узнай! Кроме Данилы, в аудитории Тихон ещё был. Но он на все наши разборки отвечает одно:

– Хренью страдаете!