Проклятье! Это могло бы многое объяснить. Неужели мне «повезло» наблюдать зарождение раскола в Триумвирате? Если правда, то это полный…
Или я себя просто накручиваю? И никакого заговора в помине нет. Может, присутствуют отдельные недовольные личности и все? Только когда же их не бывало? Обычное дело…
– Кстати, – небрежно обронил я. – Ты уже в курсе, что я теперь счастливый обладатель эксклюзивного острова под названием Авалон?
Григорий вздрогнул, с трудом выплывая из наведенных грез видений грядущего.
– Что? – переспросил он.
Голос провидца звучал отвлеченно, невидящий взгляд с трудом сфокусировался на мне. Разум не мог за один миг переключиться между реальностями.
На то и расчет.
– Бывшие хозяева оказались так добры, что не успели полностью подтереть память бортового компьютера, – продолжил я, с академическим любопытством наблюдая, как пророк приходит в себя, сосредотачиваясь на разговоре.
Выглядел молодой Мамонтов донельзя рассеянным. Как интересно, вот значит, что бывает, если резко выдернуть провидца из видений будущего. Надо запомнить, пригодится.
Проводя спонтанный эксперимент, раскаяния я не испытывал.
– Чертежи, схемы, цепочки заклинаний – все, что нужно для воссоздания артефактов, позволяющих поддерживать остров в воздухе, – говорил я, не отрывая пристального взора от лица собеседника.
Стоило признать, приходил он в себя достаточно быстро. Взгляд приобрел осмысленность, отрешенное выражение лица исчезло, заменив привычную сосредоточенность.
– Изучаешь? – беззлобно осведомился Григорий. Он моментально понял, что я только что проделал. – Вот за это вас, ледышки, и недолюбливают. Порой вы не знаете границ собственной жестокости.
Я смутился. Впрочем, особого сожаления я все еще не испытывал.
– Так тебя это интересует? – спросил я.
Банкир с силой потер переносицу, отхлебнул из бокала с водой и долькой лимона, стоящего перед каждым посетителем ресторана, и лишь после этого ответил:
– Конечно, интересует, – устало сказал он. – Сам же знаешь. Поэтому и приберег для удачного момента. Разве не так? Знал, что я не смогу отказаться от столь лакомой наживки.
Я непринужденно кивнул. Глупо оправдываться за очевидное.
– И за информацию ты, наверное, хочешь тот самый миллиард, – Григорий полностью пришел в себя и глядел на меня слегка насмешливо.
Наивный, думал, что разгадал мой немудреный план. Ага, держи карман шире.
– Секрет создания подобных Авалону стоит больше миллиарда, – невинно заметил я. – Намного больше.
Молодой Мамонтов поперхнулся. Забытый бокал с дурацким лимоном оказался решительно отставлен в сторону.
– Да ты спятил! – возмущенно вскинулся провидец, он понял, на что я намекаю, и это ему совершенно не понравилось.
Вот в чем слабость видящих будущее – они могут смотреть только в одном направлении, исходя из собственных знаний, доступных на данный конкретный момент. Предугадать, что я переведу беседу в совершенно иное русло, да еще так радикально, пророк не сумел. И потому, что участник сам являлся достаточно сильным магом, и потому, что изначальная установка не затрагивала другие области сделки.
Именно поэтому провидцы не правят в мире. Будь все иначе, давно бы всех под себя подгребли.
– Я…
Меня прервал переливчатый сигнал инкома. Глянув на экран, я нахмурился.
– Проблемы? – нейтральным тоном осведомился Григорий.
Судя по виду, ему очень сильно хотелось, чтобы у меня внезапно возникли серьезные трудности, чтобы он смог мне помочь в обмен на большую плату.
Вы только гляньте на него, какой беспринципный тип. Ну прям как я…
– Да ничего особенного, – я улыбнулся. – Но боюсь, нашу беседу придется перенести. Появились неотложные дела. Сам понимаешь, как это иногда бывает.
Не ожидая ответа, я встал и быстрым шагом направился к лифтам, на ходу отправляя сообщение Тио. Надо срочно попасть на Авалон.
Тио превосходно справился с задачей. Как и всегда. Построил портал в точку назначения, безукоризненно наведя переход по указанным координатам, с точностью до сантиметра учтя высоту нахождения как исходного пункта отправки, так и цели прибытия. Что довольно сложно, учитывая, что прыжок шел из здания небоскреба в объект, находящийся на высоте нескольких километров.
Ювелирная работа. Малейшая ошибка – и я вполне мог шагнуть в пустоту, где-нибудь над белоснежной пустыней. А оказался на принимающей площадке недостроенной цитадели.
– Сэр, – ко мне уже бежал Грин.
Американизированность сербского наемника дала о себе знать. Многие годы работы на иностранцев не прошли бесследно, а там предпочитали обращения на штатовский манер.
– Докладывай! – повелительно бросил я.
Порыв морозного ветра бросил мне в лицо ледяные крупинки. Он был здесь везде. Лед. Бело-сине-голубой, он окружал со всех сторон, изломанными сталактитами вылезая из земли, протягиваясь острыми кончиками к бездонному небу. Которое тоже напоминало ледяной покров, протянувшийся от горизонта до горизонта.
