– Может, вы и правы, – легко согласился я и размеренным тоном продолжил: – Но рассуждая об этой проблеме, думаю, необходимо учитывать несколько факторов. Возраст профессора, его достижения в прошлом и знания, делающие Кнабе поистине уникальным специалистом. И не нужно забывать о нерастраченных амбициях. Убойный коктейль для одряхлевшего теоретика, не имеющего за спиной заметных успехов. Не находите?
Я с ожиданием посмотрел на британца. Сэр Артур вздрогнул.
– Профессор из кожи вон будет лезть, пытаясь сделать открытие, – прошептал он.
Я небрежно кивнул.
– Генрих Богданович жаждет оставить след в истории. Будет справедливо предоставить ему шанс осуществить мечту.
Я не закончил. И так все понятно. Престон глядел на меня восхищенным взглядом.
– Отдаю вам должное, мой лорд, вы потрясающе сыграли на честолюбии старого профессора, – сказал он и проронил: – Только боюсь, рвения одного ученого-мага будет недостаточно, чтобы сделать прорыв.
Я пожал плечами.
– Посмотрим. Семена посеяны, будем надеяться, вырастет что-нибудь путное.
Жажда славы вынудит Кнабе трудиться не за страх, а за совесть. Маниакальное желание, замеченное мной в глазах старого преподавателя на одном из занятий, оставить наследие в веках, сыграет свою роль.
– Вы отлично научились манипулировать людьми, – сказал Престон, в его голосе проскользнули уважительные нотки.
Отвечать на сомнительный комплимент я не стал. Тут нечем гордиться, это скорее необходимость, чем достижение. Как говорится: с волками жить – по-волчьи выть. Буду зевать, самого схарчат более продвинутые товарищи.
– Так о чем вы еще хотели со мной поговорить? – посчитав, что вступление достаточно затянулось, спросил Престон.
Мы прошли в одну из пустующих комнат будущего офиса группы компаний «Сварог». Панорамные окна во всю стену встретили нас наступающими сумерками. Близился вечер.
– В ближайшее время вам будет необходимо донести до клана ван Хоторнов одну важную информацию, – глядя в окно, сказал я. – И сделать это обязательно через сторонние каналы, ведущие в никуда. Оставлять след нельзя. Это очень важно. Понимаете?
Я испытующе взглянул на вассала, оценивая его настрой на серьезность порученного дела.
– Ситуация деликатная? – осведомился сэр Артур.
Мой рот скривился в ухмылке.
– Более чем, – ответил я. – И сразу скажу, что анонимность источника в ваших интересах. Если вскроется ваша причастность, вас не помилуют.
Бывший британский рыцарь и воздушный маг-ренегат бросил тоскливый взгляд на улицы мегаполиса.
Предчувствие его не обмануло.
– Что надо передать?
– Все про неудачный захват Авалона. Про Джессику Морган, выжившую при штурме. Про сговор между Морганами и Строгановыми. Про обман прыгунов. Про хозяев Бостона, что играют на две стороны. В общем всё.
– Всё? – Престон находился в шоке.
– Абсолютно, – подтвердил я. – И не забудь про намеки и недомолвки. Ситуация должна выглядеть так, будто среди американских кланов завелся предатель. И стрелка обязательно должна указывать на Морганов.
– Их разорвут свои же, – зачем-то предупредил Артур, словно я и сам этого не понимал.
– Разорвут. Если успеют.
Пауза с моей стороны, еще один оценивающий взгляд и добавка:
– С небольшой задержкой всем русским кланам должна уйти информация об утечке этих сведений, что ван Хоторны знают о причастности Морганов к событиям в Кремле. Надо подчеркнуть, что Молнии выступали инициаторами нападения на Кремль и что делали это специально. Но четких причин называть не нужно. Кто захочет, тот сам додумает.
Лицо англичанина посерело, он мгновенно понял, к чему все это приведет.
– Как только это всплывает, сразу разразится война, – глухо прошептал он.
Я равнодушно кивнул.
– Разразится, – беспечно согласился я и уточнил: – Точнее, сначала у американцев вспыхнет междоусобица, Морганам не простят шашни с врагом. А затем ударят наши.
Выглядел Престон пришибленно. Догадывался, что сделают с теми, кто заварит всю эту кашу. От поручения пованивало. Нет, не так – от поручения смердело самым настоящим дерьмом. После такого исполнителя не оставляют в живых, обрубая любые концы.
– Клятва двусторонняя, – вкрадчиво напомнил я. – Если пойдем на дно, то пойдем вместе.
Не бог весть какое утешение, но уже нет ощущения камикадзе, кого только что послали на смерть. Сэр Артур приободрился.
– Планы внутри планов. Одна интрига скрывает другую и служит прикрытием третьей. А чужие ходы выступят в роли трамплина для раскручивания спирали, – сказал он.
Я усмехнулся. Как бы ситуация ни повернулась в дальнейшем, я останусь в выигрыше. При условии, что удастся сохранить анонимность в предстоящем бедламе.
– Блестящая комбинация, – похвалил Престон, сумев оценить потенциальные выгоды. – И очень опасная.
Он остро взглянул на меня.
– Не слишком большая цена за свою цитадель?
Опытный дипломат, разумеется, догадался, что основной целью провокации является уничтожение ван Хоторнов. Прыгуны протянули руки к моей цитадели, и раз уж самому остановить их нельзя, то надо привлечь для решения проблемы кого-то еще.
