Принцесса полностью

— Желающих в других ротах нет, ваша — моя последняя надежда, — смущенно сказала Кларисса Боунс. — Честно говоря, я даже не знаю, как им это предлагать — мальчики, да еще и военные… Со связистами таких проблем не возникло, но там среди учащихся есть девочки. Может быть, позовем кого-нибудь со стороны? Чью-нибудь подругу или родственницу? Будет вроде приглашенной звезды. Так делается, когда…

— Мисс Боунс, — ответил Лаудер, — конкурсный спектакль ставится собственными силами, это традиция училища, которой уже много лет. Не думаю, что ее следует нарушать. Сколько вам нужно исполнителей?

— Трое. Желательно, знаете ли, такого сложения, чтобы костюмы сидели хорошо, и фигура… Гример у нас есть, так что внешность не важна.

— Сейчас найдем.

Они вошли в зал, куда реквизиторы привезли и свалили на столы костюмы и парики. Рота, оставленная без присмотра, уже растащила картонные мечи и короны, и самые смелые примеряли бороды. Стюарт увидел вошедших, резко свистнул — и курсанты быстро побросали реквизит в кучу.

— Построились, — приказал Лаудер.

Он демонстративно посмотрел на часы. Вдоль стены немедленно образовалась шеренга, участники которой, переругиваясь, продолжали толкаться и меняться местами, пока Кларисса разглядывала тех, кто уже нашел свое место. Стоявший к ней ближе всех татуированный Вайз перехватил ее взгляд и сделал недвусмысленное движение бедрами. Кларисса покраснела и отвела глаза.

— Выбирайте, — вежливо сказал ей Лаудер.

Она прошла вдоль шеренги, потом назад, стараясь не смотреть на их слишком тесные майки, потом указала на самого маленького из курсантов.

— Мне кажется, вот этот очень подойдет для роли.

— Шаг вперед, — приказал Лаудер.

Кто-то ткнул шагнувшего Мартинеса в спину, тот ухмыльнулся и сложил пальцы за спиной в неприличный жест — Кларисса была хорошенькой. Завистливый Стюарт незамедлительно дал ему пинка.

— Еще вот этот, — она указала на третьего с конца курсанта.

— Тейлор, шаг вперед.

Вайз неожиданно поднял руку.

— А можно и мне тоже, сэр? — умоляюще сказал он. — Я в детстве играл в школьном спектакле. Люблю искусство, я стихи к песням сочинял.

— Можно, — кивнул Лаудер, и, обернувшись к Клариссе, сказал: — Вот видите, даже доброволец есть, а вы переживали. Надеюсь, ваш гример будет на высоте.

— О, я уверена, — Кларисса засмеялась, глядя на коричневые бицепсы Вайза. — Это будет даже интересно. На принца мы нашли мальчика, но я, честно говоря, хотела бы попробовать на роль и вот этого фактурного паренька.

— Эндрюс, шаг вперед.

Гейл неохотно встал рядом с Вайзом, демонстрируя отвращение к идиотской затее.

— Итак, — сказал Лаудер. — Вы четверо снимаетесь с занятий до конца недели, для репетиций и дальнейшего участия в конкурсном спектакле. Кларисса Боунс, наш режиссер, объявит вам расписание репетиций и время их начала. Надеюсь, вам хватит ума не спорить с ней и не нарушать ее требования.

Он сделал паузу.

— Да, сэр, — привычно ответили курсанты.

— По результатам спектакля все участники получают внеочередную увольнительную на Мумбаи.

Обделенная вниманием Клариссы шеренга издала разочарованный стон. Вайз поиграл сначала одной мышцей, потом другой и подмигнул Клариссе.

— Есть вопросы? — спросил Лаудер, оглядев будущих актеров.

— Есть, сэр, — бодро ответил Вайз. — Эндрюс принц, а мы кто?

Кларисса улыбнулась.

— По сценарию у нас есть король, а у короля…

— Три сына, — вставил Мартинес. — Я знаю эту сказку.

— Нет, — покачала головой Кларисса. — Три дочери.

— Дай сюда.

Вайз открыл сценарий и пробежал его глазами, потом бросил его на табурет, стоявший посередине комнаты, отведенной для репетиций.

— Что-то у меня слов в пьесе маловато, — с досадой сказал он. — Может, поменяемся ролями, Кальмар?

— Хрен, — хладнокровно ответил Мартинес. — У меня роль главная, невеста принца, а у тебя второстепенная, хрен пойми кто. Я дурак, что ли?

— Какая разница?

— А такая, что исполнителей главных ролей приглашают на банкет после спектакля, там жратвы от пуза и выпивки тоже. С режиссером и прочими постановщиками. Традиция.

Лицо Вайза вытянулось.

— То есть пахать будем вместе, а обжираться с преподами — только вы с Эндрюсом? — подозрительно спросил он.

— Ты упашешься, — хохотнул Мартинес, открывая сценарий. — У тебя всего три реплики, остальное время стоишь и молчишь. Вот сыграй так, чтобы тебя запомнили, может, и тебя на банкет позовут.

— Сыграешь тут, — Вайз полистал страницы. — У меня слов всего ничего. «Что в ней хорошего, тоскливо как в могиле. Ах, спойте, сэр!» — и все, дальше уже Эндрюс говорит: «Вы сами попросили».

— Нет маленьких ролей, Кеннет, есть маленькие актеры, — насмешливо процитировал Гейл слышанную где-то фразу, доставая сигарету и засовывая ее за ухо.

— Тебя забыл спросить, принц-принцесса, — Вайз хлопнул его сценарием по торчащим на макушке серым вихрам и бесцеремонно вытащил сигарету у него из-за уха. — А кто знает, что за спектакль у связистов?