– Мы должны вернуться, – наконец прошептал Тедди, обдавая теплым дыханием ее ухо.
Сэм в последний раз прикусила его нижнюю губу, просто потому, что могла. Она скорее почувствовала его улыбку на своей коже, чем увидела.
– Ну если мы должны, – драматично сказала она и заставила себя отступить. Саманта была опасно близка к тому, чтобы затащить Тедди в свою спальню, и плевать на последствия.
– Сэм. – Тедди пригладил свои волосы, он был словно тень в темноте. – Прошу прощения за то, как все произошло. Это было не особенно справедливо по отношению к тебе.
– Это было несправедливо по отношению к любому из нас. – Сэм подумала о Беатрис, которую папа загнал в угол и вынудил сделать предложение, когда она на самом деле и не собиралась.
– Ты мне нравишься, – прямо сказал Тедди. – В Теллуриде я все мечтал, чтобы мог нажать на паузу – проводить время с тобой, узнавать о тебе больше. Я пытаюсь сказать, что ты заслуживаешь лучшего, чем это. Чем прятаться со мной в гардеробе.
Его слова согрели ее.
– Да, хотелось бы, чтобы тут было немного просторнее, – поддразнила она, но он не купился на наживку.
– Я просто… Я бы не хотел создавать проблемы для вас, для вашей семьи.
Что бы ни случилось, Сэм знала, что она и Беатрис на одной стороне.
– А ты и твоя семья? – спросила она, отклоняясь.
Тедди тихо вздохнул.
– Не знаю, – признался он. – Надеюсь, мы что-нибудь придумаем. Если нет, похоже, я узнаю, что значит потерять все.
– Не все. Ты все еще будешь со мной.
Сэм нащупала его руку, и Тедди крепко сжал ее.
– Знаешь, нам придется дать людям время, – сказал он. – Ситуация со всех сторон не очень-то красивая. Я буду парнем, который встречается с сестрой своей бывшей невесты, а ты – подружкой невесты, которая встречается с бывшим женихом.
– Со временем они привыкнут. Когда дело доходило до королевских свадеб, происходили странные вещи, – заявила Сэм с большей уверенностью, чем чувствовала.
– Например?
– Людовик XIV крутил роман с женой своего брата. Генрих VIII женился на жене своего брата. – Сэм засмеялась. – Также был средневековый король Хардеканут, что означает «Крепкий узел», который умер от пьянства на свадебном пиршестве. Я серьезно, – настаивала она под скептическим взглядом Тедди. – Он буквально напился до смерти!
– Я тебе верю. – Тедди явно пытался подавить смех.
– Ты надо мной смеешься?
– Никогда, – быстро сказал он. – Я просто думаю о том, как трудно быть с тобой. Сложно и непредсказуемо и никогда, никогда не скучно.
Она вспыхнула от удовольствия.
– Хорошо, давай я выйду первым, а ты подожди пару минут, на всякий случай. Встретимся возле бара? – предложил Тедди.
Сэм кивнула, и он выскользнул за дверь. Прошло всего несколько секунд, прежде чем она выскочила в коридор; подол платья тянулся за ней по полу, когда Саманта догнала Тедди.
– Ой, Тедди! – с деланой беспечностью вскрикнула она. – Я так рада, что столкнулась с тобой!
– Я думал, мы договорились, что ты ждешь пару минут, – прошептал он, хотя сам улыбался.
– Дай мне поступить по-своему, всего один раз.
– У меня такое чувство, что с тобой «всего один раз» никогда не получится, – ответил Тедди. – Хотя должен сказать, я не против.
Дафна болтала с графиней Цинциннати, когда Нина, пригнувшись, прошла мимо двери в бальный зал. Она выглядела бледной и слегка потрясенной, хотя и не плакала. Дафна неохотно признала, что впечатлена.
Она наблюдала за тем, как Нина бросила последний взгляд на вечер, как будто запоминая все это, а затем ушла в вихре стеклянных бусин.
Дафна торжествующе посмотрела на свою мать. В конце концов, Ребекка оказалась права: слабым звеном в этих нелепых отношениях всегда была Нина, а не Джефферсон. Ребекка встретилась взглядом с дочерью и многозначительно посмотрела на принца.
Но Дафна не собиралась спешить. Последнее, чего она хотела, так это чтобы Джефферсон почувствовал, будто его преследуют.
Лишь ближе к концу вечера – толпа в баре истончалась, танцпол замедлялся – она пошла его искать.
Джефферсон, как и ожидалось, находился в комнате Рейнольдса: маленьком помещении по коридору от бального зала. Его окна были закрыты шторами цвета хурмы, перед ними свернулся огромный диван, словно какое-то большое спящее животное. В углу стоял встроенный бар. Персонал редко его укомплектовывал, хотя однажды Дафна видела, как сам король смешивал там мартини.
Принц сидел на блестящем табурете, сгорбившись и поставив локти на бар. Перед ним стояла бутылка дорогого скотча. Вдоль одной стены тянулись полки хрустальных стаканчиков, но сегодня вечером принц, похоже, решил обойтись без церемоний и пил прямо из бутылки.
Дафна закрыла за собой дверь, и звуки вечеринки резко оборвались.
Джефферсон едва взглянул в ее сторону.
– Привет.
– Тяжелая ночь? – сочувственно спросила она, не смущаясь его тоном. Ей всегда удавалось очаровать пьяного Джефферсона. – Похоже, тебе нужен друг.
– Кто мне сейчас нужен, так это собутыльник.
Дафна села на табурет рядом с ним.
– А где Саманта? Она была фантастическим собутыльником в Теллуриде.
Она увидела проблеск узнавания на лице Джефферсона.
– Точно. Вы же еще напились вдвоем?
