– Он сомневался, на одной ли вы стороне в этой борьбе, – сказала Чани. – Вот почему он был таким ершистым. – Она сердито вспомнила обо всех случаях, когда Лайет-Кайнс работал на имперских испытательных станциях, доставлял отчеты графу Фенрингу или встречался с бароном Харконненом по имперским делам. – Поэтому он и отталкивал тебя – потому что твое взаимодействие с Империей сделало тебя ненадежным в его глазах. Он считал, что тебе следует использовать свои навыки и связи для борьбы с иномирянами, а не для помощи им. – Чани услышала горечь в своем голосе и поняла, от кого она.
Лицо отца помрачнело.
– Ты думаешь, что я смог бы предать фрименов? Свой народ? Все, во что верил Лайет-Чи? – Он судорожно вздохнул. – И все, во что веришь ты?
Чани провела пальцами по оплавленному стеклу, чувствуя, как оно нагревается в руке, но это не придало ей магической силы.
– Ты служишь двум хозяевам одновременно. Мы все это знаем. Который из них настоящий? Чью сторону ты примешь, если они столкнутся?
Лайет оглядел комнату и остановил взгляд на кофейном сервизе, несомненно вспомнив, что недавно он принадлежал Фаруле, его потерянной любимой.
– Пойдем прогуляемся, дочь. Будет лучше, если мы продолжим этот разговор, любуясь пустыней.
С самого раннего детства Чани никогда не уставала смотреть на дюны. Продолжая держать в руках кусок стекла, она отодвинула дверную занавеску. Она не оставляла своего брата, просто уходила ненадолго.
Лайет повел ее вверх по каменным ступеням, вырубленным в скальной стене. Они поднялись на площадку, где вышли через герметичную дверь на открытый балкон. Послеполуденный вид на дюны поражал разнообразием цветов и оттенков на песках и склонах. Они стояли плечом к плечу и просто смотрели, позволяя сознанию расшириться, чтобы охватить бескрайний холмистый ландшафт. Солнце скрылось за скалой ситча, но его лучи все равно окрашивали пустыню во все цвета спектра.
Лицо Лайета вытянулось.
– Да, я служу двум хозяевам. Мной будто правит пара разъяренных волков, каждый противник другого, каждый злобный и могущественный. – Он понизил голос. – Вот поэтому я смог добиться вашего освобождения из тюрьмы сардаукаров.
– Я знаю. – Чани уже сожалела о своих резких словах. – Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты спас нам жизнь.
– Вы всего лишь пытались сделать то, что необходимо, но неправильным образом, – продолжал Лайет. – Да, я играю не одну роль, но все, что я делаю – это ради Арракиса, ради великой экологической мечты моего отца. И моей мечты. – Он пристально посмотрел на дочь. – Империя для меня всего лишь инструмент, а фримены – это оружие.
Стоя рядом с ним, Чани коснулась своего крисножа. Молочный клинок был сделан из сброшенного зуба священного песчаного червя, и жители пустыни не могли представить более совершенного или смертоносного оружия.
– А с достаточным количеством фрименов, – сказала Чани хриплым голосом, – у нас будет целая армия.
Слабая улыбка тронула бородатое лицо отца:
– Когда придет время. Когда мы будем готовы.
Чани посмотрела на выжженные солнцем дюны, уходящие к горизонту, и на оранжевое небо, где появлялись бурые полосы – признаки далекого порывистого ветра.
Надвигалась буря.
«Принцесса Дюны» – наша двадцатая книга, действие которой разворачивается в фантастической вселенной Фрэнка Герберта, дополняющая его наследие из шести классических романов.
Писатель был глубоко обязан своей жене, с которой прожил почти четыре десятилетия. Беверли Герберт, сама профессиональная писательница, давала ему незаменимые советы при создании романов. С глубоким уважением мы начинаем эти слова благодарности с того, что снимаем шляпу перед родителями Брайана.
Как всегда, наш новый роман – это результат командной работы, выходящей за рамки сотрудничества нас двоих как авторов. Несколько человек помогали нам готовить истории «Дюны» на протяжении десятилетий – прежде всего это наши терпеливые и понимающие жены, Джен Герберт и Ребекка Моэста.
Наш талантливый литературный агент Джон Силберсак проявил неутомимость и бдительность на протяжении всех наших проектов «Дюны», видя общую картину и уделяя пристальное внимание деталям, тесно сотрудничая с другими нашими опытными агентами Робертом Готлибом и Мэри Элис Кир. В последние годы, после адаптации нашего совместного романа «Сестринство Дюны» для нового телесериала, нас умело направляли в хитросплетениях Голливуда выдающиеся литературные юристы Марси Моррис и Барри Тайерман.
Наш новый редактор, Роберт Дэвис из «Тор Букс», давал нам отличные предложения по улучшению «Принцессы Дюны» и помогал с выпуском романа. Спасибо, Роберт! Мы благодарим трудолюбивую Ким Герберт и Байрона Мерритта из Общества литературного наследия Фрэнка Герберта (внуков Фрэнка и Беверли), а также Мэри Уиттакер, Трейси Гриффитс, Мию Клеве и Си Джея Анайю из «Вордфайр» и, конечно, наших читателей-тестировщиков Криса Хэмилтона и Роберта Диксона.
