Два дня до назначенного срока пролетели незаметно для Анетты, размышляющей о том, что же она испытывает к мужу. Принцесса гуляла по поселению в сопровождении своего волка, читала книги, которые привезла с собою из замка, разговаривала с Молли, что теперь проводила с ней много времени, но, несмотря на всю эту занятость, девушка не могла выбросить мысли о Сарнахе из головы. Девушка понимала, что уже не боится мужа, не считает его монстром и чудовищем, более того, она стала находить его общество интересным, и не только ночью, когда орк прикасался к ней так, что душа и тело начинали трепетать от восторга. Анетте нравилась сила, уверенность и некая грубость вождя, нравилось находиться рядом с ним и ощущать себя в полной безопасности. Слова орка о том, что он порвет любого, кто осмелится просто подумать о том, чтобы причинить ей вред, были не просто словами, вождь на деле доказал, что так оно и есть, и теперь шкура поверженного зверя украшает их шатер. Этот мужчина был сильным, властным, но в то же время он мог пойти на уступки — принцесса прекрасно понимала, что вряд ли среди людей найдется кто-то похожий на него.
Все это казалось чем-то диким, неправильным, неприемлемым для благовоспитанной принцессы, но девушке все больше нравилась новая жизнь, да и к мужу начали проявляться нежные чувства. В тот момент, когда на них напал зверь, Анетта переживала за мужа — он был её защитником, её опорой, которой она не хотела лишаться. Сейчас брюнетка с ужасом осознала, что действительно будет скучать по мужу, пока он будет сражаться вдали от племени. Если бы он только мог не уходить, а остаться с ней! Но это невозможно, ведь жизнь орков — это война и битвы, и этот уклад ничего не изменит. К этому она не желала привыкать, вот только её в очередной раз никто не спрашивает. Придется смириться и, как вождь принял её, со всеми её человеческими слабостями, так и ей придется принять его представления о жизни.
Принцесса тяжело вздохнула и оглядела орков, что собирались в поход — варвары были воодушевлены, бодры и, кажется, даже радовались предстоящей бойне и смертям. Этого принцесса тоже не могла понять — как можно любить убивать? Как можно быть такими жестокими и яростными?
Сэр Аурелис в своем дневнике писал, что эта черта орков свойственна всем мужчинам, стоит разбудить зверя, спящего глубоко внутри себя, и уже не остановиться. Он и сам проникся жаждой крови и войны, сражался вместе с орками и упивался битвой. Возможно, для мужчины понять подобное намного проще, чем для женщины. Война. Это страшно. И неважно кто будет сражаться: люди, орки, эльфы или кто-то другой.
— Ты сегодня не в духе? — Сарнах недовольно смотрел на задумчивую Анетту, которая вдруг притихла и, казалось, ничего не замечала вокруг. Он не понимал, отчего с ней произошли эти перемены и, более того, не желал видеть жену печальной. Почему она не может радоваться, как все остальные жители племени? Опять её человеческая натура проявляется, и это раздражало вождя.
— Вовсе нет, — девушка улыбнулась, хотя ей это сделать было и не просто. Она осознавала, что не должна так себя вести — мужчина, отправляющийся на войну, не должен видеть слез своей жены и её грусть. Она уже поняла, что у орков так не принято, да и у людей тоже. Анетта помнила, что когда она была маленькой, и отец отправлялся на границы, защищать их королевство от обнаглевших, алчных соседей, королева Ингрид всегда смотрела на него с улыбкой и говорила о том, что ждет его с победой. Она никогда не сомневалась в своем муже, поддерживая его и вселяя в него уверенность. Пусть она все еще не любит Сарнаха, но девушка уже прониклась уважением и симпатией к мужу, а потому должна вести себя точно так же, как её мама. — Просто я вдруг поняла, что мне будет не хватать тебя, так что возвращайся поскорее!
— Вот оно как? — Сарнах довольно оскалился. С каждым днем он все больше привыкал к своей жене и находил все больше плюсов в этом браке, который изначально казался ему полной катастрофой. Да и Анетта понемногу начала проникаться их суровой и непривычной для нее жизнью. Если так пойдет дальше, через год-другой, станет вести себя как орчиха. А даже если нет, это не страшно. Могучий воин вдруг обнаружил, что ему нравится хрупкость, нежность и слабость жены, которую он мог защищать. — Не стоит грустить. Я вернусь быстро. Разбить южные племена не составит для нас труда, они пожалеют о том, что решили, будто равны нам!
Вождь говорил громко, зычно, так, чтобы его слышала не только Анетта, но и другие орки, что полностью поддерживали своего вождя и жаждали крови.
— Я знаю и буду ждать твоего возвращения с победой, — принцесса широко улыбнулась, понимая, что действительно будет ждать.
Сарнах, усмехнувшись, направился к Рутху, который нетерпеливо ждал своего хозяина и верного напарника. Волку так же, как и оркам, не терпелось окунуться в битву, рвать на части своих врагов, ощутить в пасти привкус крови. Война — это жизнь орков и всех, кто находится рядом с ними.
