- Меня удивляет не это, - Руслан тряхнул головой и попытался сформулировать мысль, - Я понимаю, что здешний уклад проще, но все же сельское хозяйство, ремесла - их, наверное, много. Торговля. Религия. И - все знать? Как это возможно? Тебе же не больше двадцати лет.
- Ах, вот ты о чем, - поразительно, но Нари прекрасно понял, что смутило Руслана, - Это разгон. Разгоняешь тело - и учишь нужные движения. За день можно выучиться тому, на что в обычном режиме нужны несколько месяцев.
- А в бою? Это тоже применяется?
- Конечно. Разгон с самого начала был придуман для мечников. Кстати! Не вздумай нарываться, поединка на мечах с любым нашим воином тебе не пережить. А если доведется увидеть бой двух ата, ты не сможешь отследить ни одного движения. Но в сачие-са разгон не применяется. Простолюдинам он не нужен.
- Ага, - только и смог сказать Руслан.
Но если с разгоном все пока было туманно и непонятно, то одну вещь об устройстве княжества Энгури он понял четко. На родине Нари женщины не были "мебелью" и обладали теми же правами и свободами, что и мужчины. Могли учиться, занимать государственные должности, носить и применять оружие, владеть имуществом и деньгами и решать вопросы своего брака - наравне с мужчинами.
Зато низшие страты воспринимались даже не как рабы. Это было нечто среднее между сельской скотиной и умственно отсталыми. Сачие для принца были умственно отсталой скотиной.
Скажи ему Руслан, что у крестьянина тоже имеются мозги... Нет, принц не рванет в поле, чтобы немедленно вскрыть пару-тройку черепов для доказательства глупости этой мысли. Он просто пожмет плечами: что взять с пришлого. Не живут они под сенью правящей семьи Энгури, вот и лезет им в голову всякая ересь, вроде мозга у крестьян.
Впрочем, устраивать в средневековом княжестве культурную революцию Руслан не собирался, его задача была скромнее.
- Ты мне написал следующую порцию слов?
- Написал, - Нари порылся в куче вещиц, подвешенных к поясу и нашел навощенною дощечку и стилус. - Учить будем?
- Будем, - вздохнул Руслан.
Язык княжества давался ему с трудом, уж очень не похожими оказались принципы строения слов: впереди корень, а сзади столько всяких морфем, что порой одно слово с успехом заменяло целое предложение. Но в свое время он умудрился выучить четыре филиппинских диалекта, а понимал с пятого на десятое практически все. Между прочим, их там полторы сотни... Так что задача была, в принципе, подъемной.
- До сих пор не верю, что ты едешь со мной. Ты же должен ненавидеть меня, - с недоумением сказал Нари.
- Кому я должен - всем прощаю.
Принц бесшумно и стремительно, как недавно в бою, развернулся на носках и уставился на Руслана темными, подозрительными глазами:
- Ты близко знаком с Императором-Оборотнем?
- Один раз видел на официальном приеме, - честно ответил Руслан, - они с супругой прошли мимо и на этом знакомство закончилось. А почему ты спросил?
- Потому что это его любимое выражение. Он им на оба континента прославился. Если бы у Дженга уже не было девиза, его бы и выбили на щите Рамера Девятого.
- Какой правильный парень, - рассмеялся Руслан. - Ну, выражение-то известное. И не только императорам.
Парус над головой, висящий тряпкой, вдруг поймал ветер и выгнулся дугой. Снасти загудели, а весла взметнулись вверх и посыпались на палубу. Через мгновение "Селедку" качнуло так, что Руслан с размаху шлепнулся на палубу и только чудом не расшибся. Принц устоял.
Небо стремительно темнело с востока. Ощутимо похолодало. Вода из серебряной и легкой сделалась стальной и даже на вид неприветливой.
Вернув себе вертикальное положение и придерживаясь рукой за борт, Руслан посмотрел туда, где сгущались тяжелые серые тучи. И честно признал, что ему не по себе. Море выгибалось горбом - даже издалека это выглядело опасно.
Но, может быть, он слишком мнителен? Ведь моряки, наверняка, раз сто попадали в такие передряги. Или нет?
Все, что творилось на "Селедке" в следующие несколько минут, было здорово похоже на хорошо и глубоко спрятанную панику. "Морские волки" спешно снимали и скатывали парус, привязывали все, что можно было привязать, проверяли, насколько крепко закрыты трюмы и каюты... словом, изображали полезную деятельность и суровую компетентность. Вот только поменьше бы страха в глазах.
Улучив момент, Руслан спросил пожилого Дегни:
- Что происходит?
- На нас идет шторм, - охотно ответил он. Похоже, моряк был из тех, кому близкая опасность развязывает языки. Удачно!
- Это настолько серьезно? Мне показалось, что "Селедка" - довольно крепкий корабль, да и вы не в первый раз вышли в море.
- Все так, - кивнул матрос, - только судьба весельных галер вовсе не в том, чтобы подставлять себя штормам. Нам нужно спокойное море.
- Тогда зачем?..
Руслан недоговорил, но Дегни его понял:
- Для штормов сейчас не сезон. Да и не было никогда возле побережья Реарна таких волн. Сколько лет хожу - первый раз вижу.
