Угроза удержать у себя гребень была последним козырем Эмили, однако, хозяйка довольно легко смирилась с упущенной выгодой.
– А, и ладно, голубка, – она беззаботно махнула рукой. – Не хочешь, так не отдавай. Считай, что я тебе по доброте душевной помогла. Ну, прощай, миленькая…
Матье грубо подхватил девушку под руку и буквально выволок из дома. Эмили упиралась как могла, но тот, казалось, даже не замечал ее попыток вырваться. Он просто тащил ее вперед, не обращая ни малейшего внимания на сопротивление. На улицах и так было мало народу, но те немногочисленные прохожие, что им попадались, либо пялились на странную парочку во все глаза, не предпринимая, однако, никаких попыток вмешаться, либо, наоборот, делали вид, что ничего странного не замечают. Тем временем, Матье утащил девушку подальше от обитаемых улиц, и остановился у полуразрушенных общественных амбаров.
– Ну что, краля, в монастырь собралась? – грубо хохотнул он.
– Вам-то какое дело? – огрызнулась в ответ Эмили. – Все равно вы меня туда везти не собираетесь.
– Может, и отвезу… потом, – было очевидно, что мужчина, уверенный в своей силе и беспомощности жертвы, играет с ней, как кошка с мышью. – Ты мне лучше скажи, красотка, зачем тебе в монастырь-то? Там монашки грехи замаливают, а у тебя, поди, и грехов-то нету. Или есть? – Матье хитро прищурился.
– Вы что отец-исповедник? – Эмильенна всегда наглела, когда ощущала, что терять в любом случае нечего. А данная ситуация представлялась ей как раз такой.
– Не, я по другой части, – мужлан осклабился. – А ты не похожа, на грешницу-то. Так что прежде, чем тебе в монашки подаваться, согрешить надо. А почему бы и не со мной? – и без того сальный взгляд крестьянина стал совсем уж откровенным и плотоядным.
−
С вашим участием я бы согласилась только на один грех…
– Это на какой же? – Матье выглядел чрезвычайно заинтересованным.
– На убийство!
Девушка мысленно уже простилась с жизнью и решила использовать призрачный шанс, чтобы сохранить хотя бы честь. Если хорошенько разозлить мерзавца, возможно, он не рассчитает своих сил и убьет ее до того, как обесчестит. Увы, планы мужчины насчет нее были более чем очевидны.
– Ах ты, нахальная стерва! – Матье грубо схватил девушку за волосы одной ручищей, а другой захватил обе ее руки, и прижал к стене. – Ну сейчас ты меня узнаешь!
Эмильенна зажмурилась. Из всех чувств почему-то осталось только ощущение жгучей саднящей боли в ладонях, где кожа содралась о шершавую поверхность стены. Раздался какой-то странный булькающий звук, но Эмили не сочла это веской причиной открыть глаза. И только почувствовав внезапно ослабевшую хватку своего мучителя, она решилась вновь взглянуть на мир. Одновременно с этим, раздался шум падающего тела. Эмильенна увидела, что Матье грузно оседает на землю, а за его спиной стоит человек. Для того чтобы понять, кто это, девушке понадобилось меньше секунды.
– Арман! – Эмили, не помня себя, перескочила через тушу Матье, и бросилась на грудь Ламерти. Может быть, позже она и захочет его убить за все, что испытала сегодня, но сейчас он спас ей больше, чем жизнь.
Молодой человек сначала крепко обнял ее, затем слегка отстранив от себя, взял лицо девушки в ладони и внимательно посмотрел на нее. Удостоверившись, что Эмили не ранена, не планирует рухнуть в обморок или немедленно сойти с ума, Арман немного успокоился и выпустил ее из своих объятий.
– Советую отойти подальше, если не планируете в ближайшее время приобретать новое платье, туфли и чулки, – голос Ламерти звучал чересчур спокойно с учетом обстановки.
– Вы о чем? – Эмильенна сейчас и более осмысленную фразу поняла бы с трудом.
Арман молча кивнул, указывая подбородком вниз. Девушка опустила глаза, и только тут увидела густую темную лужу практически у самых своих ног. Нетрудно было догадаться, что это кровь. Ламерти, меж тем, наклонился, и, упершись сапогом в спину Матье, вынул свою шпагу. Сие действие сопровождалось мерзким чавкающим звуком.
– Он мертв? – Эмили сглотнула.
– Я очень на это рассчитываю, – Арман спокойно и деловито обтер оружие об одежду жертвы.
Эмильенна словно остолбенела, она не двигалась с места, хотя кровь убитого уже замочила ей подол.
– Так, – протянул Ламерти. – Нам надо бы, не мешкая, убираться отсюда, но вы в таком состоянии явно далеко не уйдете.
Эмили никак не отреагировала на его слова, продолжая тупо смотреть на тело.
– Иди-ка сюда, малютка, – Арман склонился к девушке, подхватывая ее на руки. – И давай побыстрее исчезнем.
Конь поджидал их не так уж далеко от места действия, и Ламерти сразу же пустил его в галоп.
После того, как они отъехали достаточно далеко от злополучной деревни, Арман наконец нарушил молчание.
– Эмильенна? – он склонил голову к девушке. – Как ты?
– Превосходно, – Эмили ответила бесцветным голосом, не оборачиваясь к спутнику. – Почему мы так спешим? Боитесь, что селяне соберутся отомстить за убитого сородича?
