– Привет, Славка! – бодро произнес бывший сослуживец. – Я тут просмотрел бумаги, касающиеся Шершина и его предшественника, поговорил кое с кем. В подмосковном поселке Ивановка доживает свой век ветеран теневого игорного бизнеса, некий Любомир Савин. Он промышлял контрабандой и подпольным букмекерством как раз тогда же и там же, где и Шершин. После разгрома «организации» и бегства предводителя, Савин был арестован по доносу кого-то из своих, отсидел, вернулся с расшатанным здоровьем домой, в Ивановку, там и находится по сегодняшний день. Я позвонил ребятам в отделение милиции, они подтвердили, что Савин жив, но очень болен, дышит на ладан. Так что если хочешь с ним побеседовать, поторопись, можешь не успеть.
Ростовцев смотрел на Альбину со скрытой досадой. Ему хотелось остаться одному, а эта женщина была лишена природной деликатности. Она пришла без звонка, на правах «невесты», уселась на диван в его кабинете, заложила ногу на ногу, демонстрируя безупречную форму колен, голеней и лодыжек.
– Ты ничего не хочешь мне сказать? – спросила Альбина.
– Надеешься уличить меня в убийстве Стеллы? – небрежно бросил он. – Зря! Разве тебе неизвестно, что я не оставляю следов?
Она несколько раз моргнула накрашенными, аккуратно загнутыми вверх ресницами.
– Значит, это все-таки ты.
– Возможно. Теперь откажешься выходить за меня? – усмехнулся Ростовцев. – Иметь мужа-убийцу, засыпать рядом с ним… и каждый раз думать: «А проснусь ли я утром?» Перспектива не из веселых! – Он расплылся в довольной улыбке.
– Зачем тебе была нужна ее смерть?
– Когда-то в молодости… я переспал с ней. От нее несло водкой, а ее плоская грудь посинела от холода и покрылась пупырышками, как у общипанного гуся. Такое ощущение, словно лобзаешь мертвечину: долгие годы оно преследовало меня, наложило отпечаток отвращения на мой сексуальный опыт. Фу! Наконец, я решил отомстить этой даме за ужасное разочарование, которое постигло меня в ту ночь.
Альбине казалось, что он нарочно сгущает краски, пытаясь вывести ее из равновесия. Какой будет реакция на подобное заявление? Он получал удовольствие, приводя людей в неистовство и наблюдая за ними. Чудовище!
– Разумеется, это не повлияет на наши отношения, – с легкой растерянностью произнесла она. – Просто я хочу знать правду.
– Какую? Зачем я убил Стеллу? Убийство нельзя объяснить, дорогая, – это словно болезнь, которая накатывает на человека и поглощает его. Он открывает дверь зверю, впускает его в себя… и позволяет зверю настигнуть жертву и расправиться с ней.
Альбина невольно отшатнулась, так сузились, загорелись по-волчьи его глаза.
– Ты меня пугаешь…
Он раскатисто захохотал.
– Откажись от меня, трусливая женщина. Я ведь могу оказаться опасным маньяком! Однажды ты исчезнешь… уйдешь на прогулку и не вернешься. Или поедешь в гости к подруге… и растворишься в ночном городе, полном опасностей. Ха-ха!
– Ты шутишь? – Ей стало не по себе.
– Возможно, – с той же интонацией, что и в первый раз, повторил Ростовцев. – Тебе решать.
– Ты убил Засекина? – вырвалось у Альбины. – Признайся.
– Это сделал Зеро. Вернее, не так! Всевышний распорядился судьбой Бориса.
– А ты ему помог.
– Возможно.
Она передернула плечами, закусила губу. Глумливый тон Ростовцева, наглое выражение его лица, и, особенно, горящие недобрым огнем глаза заставляли ее тело сотрясаться от нервного озноба. У нее зуб на зуб не попадал.
– Красновская… тоже твоих рук дело? – все же спросила она, преодолевая дрожь. – Тогда, в «Триаде»… ты выходил почти на час. Где ты был?
– Гулял, развлекался… – невозмутимо ответил он. – Обожаю доводить до инфаркта немощных старушек! Тебе приходилось когда-нибудь наблюдать момент агонии, когда дыхание с хрипом вырывается из синего рта… а тело сводит предсмертная судорога? Незабываемое зрелище!
– Я… пойду, – пробормотала госпожа Эрман, с трудом поднимаясь с дивана. – Ты сегодня не в духе.
Сопровождаемая его молчаливым неодобрением, она подошла к двери, чувствуя себя словно под дулом пистолета. Не оборачиваясь, попрощалась.
Ростовцев вздохнул с облегчением, когда раздался стук ее каблуков в приемной, затем по лестнице вниз, уже стихая.
– Опять ты! – сказал он в пустоту, незримому для остальных «канатоходцу». – Она тебя не заметила.
– Еще бы, – ухмыльнулся тот и поманил к себе Альберта. – Ловко ты ее спровадил! Одобряю. К барьеру, враг мой! Вернее, к обрыву… загляни вниз, не бойся. Поединок над бездной, это славно. Попробуй.
– Потом.
– Не стоит откладывать, – настаивал «канатоходец».
Ростовцев вскочил и подошел вплотную к «канатоходцу». Того и след простыл, как всегда. Черт бы побрал проклятого клоуна! Желая отвлечься, Альберт Юрьевич набрал номер Лики. Почему именно ее? А потому… что он раз за разом, бесконечно набирал и набирал ее номер в этой безвыходной ситуации. В воображении… в прошлом… или… в будущем?
