— Я вернулась домой. Я, как и обещала, вышла замуж за его высочество и провела с ним целую ночь. Мне кажется, все были готовы к тому, что эта ночь станет не только первой, но и единственной, так что Ангулемам не в чем меня упрекнуть. И чем быстрее мы с его высочеством сумеем оформить наш развод, тем будет лучше для всех. К чему продолжать этот фарс? Несовместимость магий вполне могла быть обнаружена сразу же, как только мы оказались на брачном ложе. И чем быстрее его высочество разведется со мной, тем быстрее он сможет жениться на Анабель. Разве не об этом вы всегда мечтали?
Бабушка опустилась в кресло и вздохнула:
— Ты сообщила его высочеству, что собираешься оставить дворец? Нет? Я так и думала.
Я отошла к окну. У меня не было сил на то, чтобы спорить с ней.
— Надеюсь, ты помнишь, что сегодня его величество должен показать народу жену своего сына?
Ох, нет! И как я могла забыть об этом?
Но я упрямо тряхнула головой:
— Быть может, будет лучше, если народу сразу скажут правду — что брак не удался и подлежит расторжению?
— Подумай об его высочестве! — уже не сердито, а печально сказала бабушка. — Ты представляешь, каково ему будет выйти на балкон перед многотысячной ликующей толпой и заявить, что его молодая жена бросила его в первый же день после свадьбы? Сколько насмешек ему придется выслушать! А сколько упреков от членов королевской семьи!
Я представила Лэнса на балконе дворца — одного, униженного и осмеянного — и содрогнулась. Нет, я вовсе не хотела наносить ему такое оскорбление.
— Готова ли ты поступиться своей гордостью хотя бы на несколько часов? — спросила бабушка. — Не ради всех Ангулемов. Только ради Лорэнса.
Я ответила не сразу. Как я смогу снова встретиться с ним? Как посмотрю ему в глаза?
Теперь собственное бегство казалось мне вздорным ребячеством. Почему я не поговорила с ним, прежде, чем уйти? Да, он оказался не готов совершать подвиги ради меня, но я сама изначально установила те правила, по которым мы с ним играли. Он всего лишь принял мои условия.
Я вспомнила события этой ночи и покраснела. Быть может, он действительно любит меня? Разве любовь всегда бывает идеальной? И разве я сама всегда была с ним честна?
Я часто-часто заморгала, пытаясь скрыть от бабушки набежавшие на глаза слёзы. А она, как назло, поднесла к лицу лорнет.
— Маргарита, посмотри на меня! Скажи мне правду — ты любишь его высочество?
Вместо ответа я расплакалась.
Ее светлость на удивление резво поднялась.
— Сейчас мы поедем с тобой в одно место. Только прошу тебя — пока никаких вопросов! Скоро ты всё поймешь сама. Но прежде, чем мы отправимся, я зашнурую твое платье — сейчас оно болтается на тебе как дерюжная рубаха на подмастерье. А показать тебя в таком виде даже нашим горничным было бы вопиюще неприличным.
И она с неожиданной ловкостью привела в порядок мой наряд.
Я, как она и просила, не стала задавать вопросов, но когда наша карета остановилась перед воротами кладбища, я посмотрела на нее в немом изумлении. За высоким кирпичным ограждением виднелся церковный купол.
Нет, наш путь лежал не в церковь. Бабушка остановилась перед богато украшенным склепом на одной из зеленых аллей.
Я всё ещё ничего не понимала. Посмотрела на надпись, высеченную на мраморной плите — Дениз де Пуарье. Но зачем бабушка привезла меня на могилу своей подруги?
— Присмотрись повнимательнее! — потребовала она.
Только сейчас я обратила внимание на небольшую золотистую корону, венчавшую имя старой маркизы.
— Разве в роду ее светлости были члены королевской семьи? — удивилась я.
Бабушка усмехнулась:
— До недавнего времени не было. Она стала первой.
— Она? — я удивилась еще больше. — О чём вы говорите?
— Она стала членом королевской семьи, когда вышла замуж за его высочество принца Лорэнса.
Мне показалось, что бабушка сошла с ума. А она, между тем, продолжала:
— Ваша свадьба была отложена не только из-за чумы. Твоему мужу требовалось время, чтобы вступить в свой первый брак, а потом выдержать хотя бы самый малый срок траура.
Я всё еще не верила ей, а между тем, высеченная на склепе корона подтверждала ее слова.
— Но почему? — только и выдохнула я.
— Ты хочешь знать, почему? — в голосе бабушки появились грозовые нотки. — Да потому, что его высочество хотел во что бы то ни стало спасти одну глупую невоспитанную девчонку! Он был уверен, что проклятье не потеряло свою силу, и не готов был к тому, чтобы его жертвой стала ты!
Мы уже шли по аллее обратно к карете. Мне было трудно идти, и я опиралась на бабушкину руку.
Лэнс сделал это ради меня? Вступил в тайный брак, который мог вызвать негодование его семьи, чтобы защитить меня от опасности? Значит, он вовсе не собирался со мной разводиться?
Теперь мой утренний поступок выглядел еще более ужасным. Лэнс никогда не сможет меня простить!
Чуть запоздало в моей голове шевельнулась еще одна мысль.
— Но маркиза… Разве не жестоко было впутывать ее в нашу историю?
Бабушка сжала мою ладонь.
