Фортем так погрузился в собственные мысли, что не заметил, как оказался перед дверьми ее апартаментов. Несколько секунд он смотрел прямо перед собой, уговаривая себя уйти. Но не смог. Да и хоть немного информации она заслуживала. С таким блеском отразить атаку… Паулина дала им всем шанс на спасение.
Свет не горел. Уже спала. Невольно вспоминалась ночь, когда она порезалась. Тогда они оба на пару мгновений забыли о вражде и наслаждались близостью друг друга.
Он отлично видел в темноте и сразу понял, что постель принцессы пуста.
– Мирна! – рыкнул мужчина. – Где она?
Сонный голос служанки взбесил еще больше:
– На собрании, милорд…
– На каком, к фаргху, собрании?! Ее туда никто не звал!
– Но… ее забрал ваш страж, сказал, что вы велели ее привести.
– Какого демона ты не пошла с ней?! Мирна! Немедленно сюда! Впрочем, нет… жди. Ни ногой из дворца. Если ты явишься сейчас, я тебя просто придушу.
И он действительно был готов на это. Она обязана была следовать за госпожой по пятам! Мирна была одной из лучших горничных с боевой подготовкой. И, фаргх, он надеялся, что ее профессионализма хватит, чтобы заткнуть все свои личные чувства и просто хорошо делать свою работу.
Он бросился к выходу.
– Проследите по камерам путь принцессы, – командовал мужчина. – Идентифицируйте все флаеры, которые стартовали с дворцовой площадки. Найдите ее, где бы она ни была! Болднер! Болднер!
– Аднар? – из эмирта раздался голос адмирала.
– Ты еще во дворце?
– Вылетаю через час, что случилось?
– Кто-то увел Паулину. Не знаю кто, Мирна прошляпила и отпустила ее одну. Выясни у своих ребят, все ли корабли на месте. Или, может, лишние какие есть.
– Думаешь, ее могли увезти?
– Уверен, – мрачно откликнулся Фортем. – Она нужна им живой, а на Террестрисе нет ни одного места, где бы не было наших глаз.
Он мельком взглянул на отчет системы: камеры потеряли Паулину и охранника на верхнем этаже в закрытом корпусе дворца. Его готовили под ремонт и закрыли для всех, включая роботов и прислугу. Хотя камеры там должны были работать, но почему-то оказались отключены.
Прекрасно… просто прекрасно! Он выругался сквозь зубы, взглянув на время.
Час назад… она исчезла из поля зрения системы час назад. И если он хоть что-то понимал в своей работе, Паулина уже была вне системы.
– Хорошо…
Медленный выдох. Мрачная решимость.
Это еще не конец. Однажды он забрал ее прямо из-под выстрелов. Заберет еще раз, и кто-то пожалеет, что родился на свет.
Низкий гул уже начал раздражать. Я в задумчивости смотрела на серый потолок, изредка переводя взгляд на иллюминатор. Но ничего, кроме черноты, там не видела. Хоть бы указатели какие повесили. Летишь себе, бороздишь просторы бескрайнего космоса. И тут: «Село „Малая медведица“, 100 парсеков». Или в чем тут расстояния измеряются? В попугаях… «Осторожно, ремонт дороги» – и пилот крейсера, матерясь, огибает черные дыры, ругая правительство и конские налоги.
Скучный он был, этот космос. Холодный и тоскливый. Прям как моя жизнь.
По каюте пронесся противный писк, и в нише напротив койки появился поднос с ужином. Прислушалась к себе: хочу ли есть? Наверное, все же хочу. Жаль, что здесь не бывает шоколадных тортов. С удовольствием бы съела один. Надо же, столько времени не вспоминала, а тут вдруг снова захотелось.
Шоколадный торт был предметом моего вожделения на Земле. Где бездомной девушке достать кусок свежего, сладкого, горячего, сочащегося шоколадом и посыпанного орешками торта? Да нигде! Оставалось только мечтать, глядя на стеклянные витрины кондитерских.
Потом была памятная ночь в заброшенном доме, лорд Фортем, утащивший меня в инопланетную пещеру, события, люди, нелюди, куча незнакомой еды. И торт как-то забылся. А вот сейчас так захотелось, что хоть рыдай. Но боюсь, если вдруг принцесса начнет рыдать из-за отсутствия тортика, они все перепугаются и выкинут меня за борт. Ибо кто нас, земных девок, знает, на что мы из-за тортика способны.
В отличие от дворца, на корабле не готовили деликатесы и кормили в общем-то консервами. Все упаковано и наглухо закрыто. С одной стороны, конечно, хорошо: я вполне обоснованно подозревала, что это все для моего спокойствия. Мол, не травим вас, принцесса, кормим. А везем… ну так, в санаторий, на оздоровление.
– Паштет утиный с апельсинами, – прочитала я название на обороте очередного контейнера. – Состав: печень куриная – пятьдесят процентов, бла-бла-бла, печень утиная – девять процентов. Логично.
Вот уж не знала, что они разводят уток и куриц. Не припомню, чтобы во дворце подавали курятину. Или не обратила внимания? Хотя курица вкусная, чего бы и не разводить.
Я задумчиво пожевала бутерброд, но от тоски он казался словно сделанным из пластмассы. Помимо загадочного паштета, хлеба и бутылки воды, мне дали какой-то контейнер с горячим, но его открывать ну совсем не хотелось.
– Напрасно вы не едите, ваше высочество, – раздался вдруг голос из динамика сверху.
