– Во-первых, пока что они ищут тебя одну. Они не знают, что я на Земле. Во-вторых, искать по отелям и центру точно не будут. Не нам одним не хочется светиться, а бурная деятельность Хенсема привлечет ненужное внимание. Поэтому сначала мы переждем ночь, а к вечеру доберемся до корабля и вылетим из системы.
– И полетим домой?
– Не совсем. Понимаешь ли, мы не знаем, кто организовал похищение, но предполагаем, что продвинутые ребята предпочтут скорее убить нас, чем пустить обратно во дворец. Мы свалим в противоположную от Канопуса сторону, а затем с нейтральной планеты доберемся до Террестриса на рейсовых кораблях.
– Звучит так, будто это займет неделю.
– Дней десять. Не бойся, Виккерс, я тебя не съем. Заодно посмотришь пару занимательных планет, для образования полезно. Постарайся только не простудиться, я не слишком хорошо капаю капельки. Хотя могу, если что, растереть тебя спиртом. Не знаю, правда, поможет ли это, но хоть развлекусь.
– Я вас ненавижу, – пробормотала я, пытаясь спрятать улыбку.
– Врешь.
– Иногда думаю, что нет.
В голове все перепуталось, мысли скакали лихорадочно, сменяя одна другую. Люк где-то там и не подозревал о предательстве Болднера, мы оказались в ловушке и имели призрачные шансы на успех – это я поняла сразу, Таяна куда-то пропала, и с каждой минутой ее шансы тоже таяли, а я… меня ждали десять дней наедине с Фортемом, и это пугало куда сильнее Хенсема и таинственного заказчика. Хотя нет… все же пугало чуть иначе и даже сложно было сказать, кого я больше боюсь – обстоятельств или… себя?
Теплая машина была во сто крат лучше холодного недостроенного дома. Я пригрелась и задремала, привалившись к стеклу, через которое было видно мелькавшие то и дело огни. Когда мы остановились, я не сразу смогла сфокусировать взгляд, но ахнула, увидев огромное здание высотой, наверное, этажей в тридцать. Оно представляло собой полукруг, чтобы рассмотреть вывеску, мне приходилось задирать голову.
– Вы ненормальный! Это… он же огромный!
– Это муравейник, Виккерс, – ответил Фортем, передавая ключи подоспевшему сотруднику. – Здесь тысячи номеров. Ежедневно прибывают и убывают сотни людей. Командировочные, звезды, случайные любовники, туристы из всех стран. Работают семь стоек регистрации. Молодым супругам затеряться здесь проще, чем черной кошке в темной комнате.
– Супругам?
– А Джульетта и Джек Смит, по-твоему, на съезде однофамильцев? Сделай счастливый вид. И постарайся не изображать тошноту рядом со мной, пока мы регистрируемся.
Я и впрямь чувствовала себя букашкой в огромном холле, что занимал два этажа. Среди лаконичных, но сверкающих чистотой интерьеров я была… нет, не совсем оборванкой, но и не своей. Поэтому старалась скромно улыбаться, держась чуть позади Фортема. Лучше пусть меня примут за его подружку, чем запомнят из-за подозрительного поведения.
– Здравствуйте, номер на двоих, вот документы. – Фортем умел быть обаятельным – от его улыбки и вкрадчивого голоса девушка за стойкой буквально растаяла. Я никогда еще не видела такой резкой метаморфозы!
– Мисс Смит?
– Миссис, – поправил сотрудницу Фортем.
У той даже ресницы от разочарования поникли, а я вдруг испытала очень странное мстительное удовольствие. Быстро расписалась в карточке гостя и отошла срочно попить водички из кулера неподалеку.
И что это только что было? «Нам надо быть незаметными, муравейник, бла-бла-бла», и тут же «ой, девушка, сю-сю, му-сю». Еще бы ручку ей поцеловал и телефон оставил. Хотя, конечно, если с другой стороны посмотреть, кто спросит о девушке, похожей на меня, вряд ли что-то добьется у администратора. Блондинки? Не было. А про семейную пару с мужиком, на которого она запала, даже не вспомнят.
– Джульетта! Джульетта!
Какой-то идиот звал бедную Джульетту и никак не мог перекричать громко спорящих о чем-то китайцев.
– Какого хрена?! – раздался у меня над головой злой голос Фортема. – Ты в стаканчике уснула?
Упс… Джульеттой, похоже, была я, и виной всему были совсем не китайцы.
На скоростном лифте мы поднялись на самый верх и долго шли по полукруглому коридору, минуя десятки совершенно одинаковых дверей.
– Почему последний этаж? Сматываться, если что, тяжелее.
– Потому что здесь люксы.
Вопросы отпали, стало вдруг весело. Даже несмотря на вал проблем, Фортем остается верен желанию исключительности и комфорта. На самом деле меня поразил этот контраст между происходящим и антуражем. Беглецы представлялись мне измученными и зашуганными ребятами, прячущимися в трущобах. Такой была я и даже не представляла, что можно иначе. А Фортем совершенно невозмутимо пришел, снял номер, еще и категорию выбирал, словно мы приехали на пару дней отдохнуть. Может, в этом и был смысл – толку ночевать в подвале, если можно снять постель? Рептилоид отлично подготовился: машину нашел, денег раздобыл.
Наконец мы остановились перед дверью нашего номера, и мужчина пропустил меня вперед. Я с восхищением тут же бросилась к огромному, во всю стену, окну: открывался невероятный, захватывающий вид на ночной город.
– Безумие какое-то, – пробормотала я. – Мы прячемся или развлекаемся?
