– Позвони через час моему секретарю, я дам распоряжение, чтобы она все хорошенько разузнала. Ну, там, сколько, кому…
А-а… – разочаровалась я. – Взятку и так можно дать.
– Ох, Сашка, – вздохнул Соколов. – Ну, кто ж сейчас у кого попало взятки-то берет? Темный ты человек, ни фига не знаешь об укреплении вертикали власти. Я завтра прилечу и все. Не волнуйся.
– Ага, – я притворно рассердилась, – а кто-то тут настаивал на встрече у него дома…
– Ради такого случая сел бы в ближайший самолет и прилетел, – серьезно ответил Вадим.
Я была тронута и потеплевшим голосом спросила:
– Откуда?
– Из Нью-Йорка, – последовал ответ.
– Ой! – во мне проснулся инстинкт бюджетника. – А я все болтаю и болтаю! Предупредил бы хоть!
– Сашка, не тараторь! Через час звони секретарю, а завтра увидимся. Все, пока.
Соколов отсоединился.
– Ну что? – Николай Иванович во время моего разговора так изъерзался, что аж вспотел.
– Порядок, – кивнула я. – Он нам устроит тюрьму!
– Кто это "он"? – Николай Иванович сузил свои круглые глазки.
– Мой бывший муж, – вздохнула я и, вскочив со стула. – Очень хороший человек.
– Понятно, – кивнул младший детектив.
– Кофе будешь? – я не поняла причины расстройства Николая Ивановича.
– Буду, – сердито проворчал он, – только с ликером…
Секретарь Вадима Соколова перезвонила мне на трубку сама и радостным голосом сообщила, что их величество ожидает меня завтра, около четырех.
Ура! Сегодняшний вечер и завтрашнее утро можно отдыхать. Все равно ничего не узнаем. Такое положение вещей меня порадовало несказанно. Можно провести спокойный вечерок – и у Корсаковых поскучать перёд телевизором. Мне, после двадцати лет работы на "скорой", где каждый день как на войне, скука представляется неизъяснимым блаженством. Это же фантастика, когда тебе скучно и нечего делать!.. А какая может быть скука, когда вечерами еле-еле доползаешь до кровати? Или работа дает такой адреналин, что любые экстремальные виды спорта отдыхают? Или мера ответственности такова, что по тяжести сравнима лишь с высшей мерой наказания? Господа, цените скучную жизнь! Скука есть отсутствие стрессов, которые, как известно, сокращают продолжительность жизни, способствуют развитию хронических заболеваний и плохо влияют на потенцию.
Подъезжая к дому Корсаковых, я еще у ворот заметила, что внутри как-то чересчур оживленно. Во всех окнах горел свет, по первому этажу перемещались ожесточенно жестикулирующие силуэты.
Только я закрыла машину, как дверь дома с грохотом распахнулась и на улицу вылетела гора вещей.
– Убирайся отсюда! – не своим голосом вопила Регина Васильевна на сестру.
– Совсем сдурела?! – Владилена бросилась собирать свои тряпки.
– Чтобы ноги твоей больше здесь не было!
В окне второго этажа я заметила Розу, она давилась от смеха, наблюдая эту сцену.
Заметив меня, Владилена внезапно окрысилась и, показав пальцем, заорала:
– Ты бы вот с этой б… лучше разобралась! Только приперлась – и уже к твоему Никите лыжи навострила! Весь поселок видел, как твой бывший е… в бане с ней мылся!
– Совсем сдурела?! – вторила я Регине Васильевне.
– Сами вы сдурели!
Владилена приблизилась, и я мгновенно уловила крепкий запах алкоголя.
– Шли бы вы спать, Владилена Васильевна…
– Сама ты иди знаешь куда?!
И Владилена красноречиво объяснила направление.
– Нет, я ее сейчас убью! – раздался вдруг визг Регины Васильевны. Сбежав с крыльца, она схватила сестру за шкирку и энергично встряхнула. – Еще раз увижу, что ты, пьянь, крутишься вокруг Анатолия Борисовича…
– Да сгинь ты, сука!
Сообразив, что сестры поцапались из-за какого-то мужчины, я успокоилась и двинулась было к дому, но обернулась и увидела, что тетки с воплями покатились по земле, вырывая друг другу волосы и царапая физиономии.
Эх, знал бы неизвестный мне Анатолий Борисович, каким успехом пользуется!
– Ох, надоели, дуры чертовы! – проворчала вполголоса Алена, появившись на крыльце с ведром воды, и привычным, чувствуется, отработанным жестом окатила разъяренных хозяек.
– Моя блузка! – Владилена разом прекратила военные действия. – Ты, дура кухонная! Это же "Версаче"!
Холодный душ ее не только успокоил, но и протрезвил.
– Ладно, идем в дом, а то замерзнешь, – проявила заботу Регина Васильевна.
Сестры, обнявшись, направились наверх. Регина Васильевна настаивала, чтобы Владилена обязательно приняла ванну с горчицей, иначе "можно схлопотать воспаление".
– И часто они так? – спросила я у Алены, глядя, как парочка взбирается по лестнице: всхлипывающая Владилена и суетящаяся вокруг нее Регина Васильевна.
– От мужиков зависит, – вздохнула кухарка. – Когда есть какой-нибудь на примете, так почти каждый день, а когда нет никого, так и не дерутся почти.
– А сейчас, стал о быть, есть? – внесла я логическое умозаключение.
– Угу, – кивнула Алена, – участковый вчера наведался, Анатолий Борисович. Вот они и поцапались.
– К кому? – не поняла я.
