Неле пнула мяч сквозь хула-хуп.
– Надеюсь.
– Давай приберёмся в следующий раз. Быть таким гениальным тренером, как я, – дело нелёгкое, – пошутил Луис. – Но ты тоже отлично со всем справилась, Неле. Прекрасная скорость.
– Спасибо. Я тебе завтра верну велосипед, хорошо?
На прощание они обменялись своим тайным рукопожатием. Неле взяла вещи и распрощалась с Эленой. Пока она со скоростью улитки ехала домой, камень у неё на сердце становился всё тяжелее. Как ей продолжить их сложный разговор после того, что было?
Но она зря беспокоилась. Папиной машины у дома не было. На этот раз на холодильнике была всё объяснявшая записка на жёлтом листочке: «Я уехал в парикмахерскую». Ага. Это значило, что папа встречается с кем-то из сотрудников М.А.Г.И.К., чтобы обменяться информацией. Интересно, что они будут обсуждать? Хотя логично же! Всякие разные дела и обстоятельства, касающиеся принцессы.
Неле взяла из холодильника йогурт, а когда закрыла дверцу, в кухне внезапно оказалась Роми, как будто Неле своими мыслями просто призвала её. От удивления у неё чуть не отпала нижняя челюсть: Роми выглядела так, словно стала жертвой нападения банды клоунов: её макияж был жутко ярким и кричащим.
– Я научилась краситься по видео в Ютубе, – тут же сообщила Роми.
– И на каком канале ты такое увидела? Радужный цирк? – грубо спросила Неле. – Никто не рискнёт в таком виде выйти на улицу! Или ты видела кого-то в школе с такой боевой раскраской?
– Это называется «Выразительный образ для создания впечатления». Мелина с канала «Мелина Безупречная» сказала, что такой образ всех просто поразит.
Неле захихикала:
– Поразит. Ага, они, поражённые, просто со смеху все умрут. Или будут спасаться бегством.
Тут она вспомнила, что они вообще-то поссорились.
– Я пойду съем йогурт.
Она поднялась уже до середины лестницы, как вдруг Роми бросилась ей вслед. Принцесса громко закричала:
– Я не хочу у тебя отбирать твоего отца! Это было ужасно, что мы все поссорились. Подожди, Неле! Я вовсе не хочу быть тобой!
Уже зайдя в свою комнату, Неле обернулась.
– Что?
– Ну да, – сказала Роми. – Ты такая маленькая ростом. А ступни у тебя такие огромные. Это, конечно, помогает тебе, когда ты пинаешь свой мяч, но ты совсем на меня не похожа.
Неле швырнула свои вещи на пол.
– Это что, такое извинение?
Она вовсе не хотела говорить что-то такое, сердитое. Потому что её совесть тоже была не совсем чиста. Эта дурацкая ссора возникла не только по вине Роми, хотя Неле совсем не хотелось этого признавать. Виноваты были все. Её папа тоже.
– Когда мы покидали Марабель, всё закрутилось так быстро, – проговорила Роми. – Мне было жутко страшно. Я не могла справиться с дрожью в руках. Но твой папа взял мои руки в свои и начал рассказывать мне о тебе. Он сказал, что ему удаётся справляться со своими страхами только потому, что во время каждого задания он хочет только одного: вернуться домой, к тебе. Он убеждал меня, что я снова обязательно увижу свою семью. Что всё будет хорошо. Что его задача – это попытаться мне помочь, а вовсе не бросить тебя в беде.
Неле удивлённо посмотрела на неё:
– Он так и сказал?
Роми кивнула.
– Хотя у моей семьи во всем мире безупречная репутация, но на самом деле у нас тоже есть проблемы. Мой отец считает, что испытывать страх – это слабость, и он не может позволить нам совершить ни одной ошибки. Он хочет, чтобы другие королевства думали, что мы идеальны. Именно поэтому Ариелла будет коронована. Это должно стать доказательством, что и следующее поколение Винтеров способно достойно унаследовать свои королевские обязанности, – печально объясняла она. – У нас всего так много, но всё время кажется, что чего-то недостаточно. Но твоему папе достаточно только тебя. Поверь, я никогда не хотела бы отбирать это.
У Неле неприятно защипало в груди. Теперь в ней заговорила не только совесть, но и сострадание.
– Твой папа, кажется, не очень… добрый.
– При этом быть добрым не стоит ни единой золотой монеты, – пробормотала Роми.
Они сели на надувной матрас.
– Я и правда была не слишком добра к тебе, – призналась Неле. – Мне очень жаль. У меня так долго был только папа. Я совсем не хотела, чтобы что-то снова изменилось.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Роми.
Неле колебалась. Потом она протянула руку с браслетом.
– Мама ушла от нас, когда мне было восемь. После этого вся жизнь изменилась. И это всё, что осталось мне от неё.
Роми осторожно дотронулась до браслета кончиками пальцев.
– Он красивый.
– Мама тоже была красивой, – сказала Неле.
Она встала и взяла с полки фотографию, на которой мама дует в праздничную дудочку.
– Какая милая фотография! – восхитилась Роми. – А футбол ты любишь из-за неё?
– Хм, – Неле на миг задумалась. – Да. И нет. После того как она ушла, я долго не хотела играть. Но мне кажется, что футбол как-то связывает нас. Он так много для меня значит. Мне всё в нём нравится. Когда моя нога касается мяча, я чувствую себя свободной. В команде я никогда не чувствую себя одиноко. У нас все поддерживают друг друга. Не только на поле.
По крайней мере, именно этого Неле желала себе в будущем.
