Между прочим, подобранное платье оказалось из довольно неплохой ткани и на фигуру хорошо село. Даже в груди подошло, хотя прямоугольный вырез мог быть и повыше. Да и подол уж слишком далеко от колен находится. Но, с другой стороны, работать все равно в помещении, где нет ветра, а любителям задрать юбку девушке, если такие найдутся, я быстро…
— Кхм.
Так, что-то действительно отвлекся. А горка тарелок, включая принесенные Лизой, уже приличная. И напомнил мне о ней кряхтением еще один «измененный» находившейся сейчас на кухне. Повар этого заведения. Хмурый рыжий парень самого обычного облика, если не считать уши и крылышки за спиной, естественно, с красным оттенком. Хоть и не представился в ответ на приветствие, но я слышал, что зовут Стефом и, похоже, он фей Огня. Во всяком случае, пламя на ладони, которой привычным движением опаляли пух с птичьей тушки, предположение явно подтверждало.
— Спасибо.
Не ответил, но удовлетворение, что его замечание приняли во внимание, я почувствовал.
И, кстати, на этом весь работающий персонал заканчивался. Была еще женщина средних лет, стоявшая за длинной барной стойкой, которую я увидел лишь мельком, проходя мимо зала на кухню. Наверно та самая Карина. Цвет крыльев не разглядел, но волосы у нее были как спелая солома, затянутая в тугую косу. На кухню она так и не зашла. Думаю, именно эта фея принимает оплату и даже пишет заказы на листочках, что принесла Лиза, а до этого Саша. Почерк один и тот же. Странно только почему не сами официантки. Бирон находился пока там же в зале за стойкой, правда, чем занимался, не знаю. И на мой взгляд, работников у него маловато, с учетом размера помещения и того, что оно было заполнено уже на две трети. Нет, наверху в комнатках чувствовалось еще несколько огоньков душ, пара разумных даже не спала, однако, как я понял Тию, это дневная смена на законном отдыхе, соответственно, помощи от них не будет.
…
Собственно говоря, дальше было нудно, скучно и неинтересно. Похоже, начался самый «горячий момент» так что стало не до разговоров. Притащили посуду, раскидали по вымытым мной тарелкам и плошкам еду и унесли. Потом еще раз. Причем делали это сами девушки, хотя периодически подключался и Бирон, присоединившийся к Стефу. Даже в зал помогал относить. Например, целиком зажаренного поросенка. Так-то особых разносолов не наблюдалось. И судя по запаху, до готовки Риды и тем более бабушки здесь было далеко. Впрочем, наверно и посетители не особо привередливы.
Пара нехитрых салатов, отварная или тушеная картошка с овощами, капуста. Мясо нескольких видов, в основном курица и свинина, какая-то рыба. Что-то похожее на солянку. Еще по мелочи. В общем, все. Многое, по всей видимости, было заготовлено заранее, особенно чищенные и замоченные в воде овощи, да маринованное мясо. Алкогольные напитки явно наливали только в баре, принося лишь пустые кружки, а отсюда таскали холодный морс с ледника, да готовили в большом чайнике, на мой взгляд, откровенную бурду, совсем не напоминающую настоящий травяной настой. Специфических блюд «от фей» не наблюдалось.
Отмываемая посуда, за исключением деревянных подносов, была целиком керамической, в том числе кружки и стаканы, причем вполне неплохого качества. Ничего стеклянного не увидел. Возможно, в баре и есть, однако Карина, скорее всего, споласкивает там же сама. Двузубые вилки и ложки из дерева, только лезвия ножей костяные. У бабушки были наподобие таких и то, что они вполне прочные, я знал.
Официантки забегали на кухню по очереди. Лиза и Саша. Кстати, эта фея, наоборот, особого восторга от моего появления не испытала, имя свое пробурчала нехотя и скептически поджимала губы, рассматривая, как я работаю. Но вскоре успокоилась, а в эмоциях стало появляться уважение. Периодически подходил Бирон, трогал пальцами вымытые тарелки, удовлетворенно хмыкал и даже пару раз похвалил. Чуть позже поспрашивал о прошлой жизни, но как-то быстро удовлетворившись первыми ответами, особенно услышав об умершей бабушке и отсутствии родственников, отстал. Ну и хорошо, придумывать не пришлось. Стеф молча работал, но происходившее вокруг подмечал и даже когда выдался перерыв, а толстяк куда-то ушел, сунул в руку небольшое яблоко, показав жестом, чтобы проглотил быстрее. Наверно надоело слушать урчание из живота. А вскоре, как-то странно на меня глянув, дал еще одно.
