Гален отправился на кухню и попросил позвать старшую кухарку. Вышла крупная женщина с таким выражением лица, какое бывает у добродушного человека в неудачный день. Она вяло покрикивала на подчиненных, а те пугались и шарахались, словно и сами чувствовали себя не в своей тарелке.
– Милостивая сударыня, – произнес юноша тепло и уважительно, – меня зовут Гален Вернер, я гощу здесь уже два дня. Позвольте выразить восхищение вашей кухней.
– Ты – молодой садовник, – проворчала повариха, затем смахнула с подноса лопаткой две печенинки и жестом пригласила Галена их отведать.
– Так и есть. Полагаю, вы знаете, почему я теперь во дворце? – Он огляделся, не желая посвящать в свой план всю кухню.
– Знаю, – понизив голос, отозвалась кухарка. – Наверное, тебе нужна помощь?
– Если вы будете так добры…
– Ну что я могу, – пожала плечами толстуха.
– Дело совсем не сложное. – Гален выудил из сумки черную шерстяную цепь. – Не могли бы вы сварить это? Добавив это и это. – Он вынул из кармана базилик, снял с лацкана белладонну и выложил все три ингредиента на стол.
У поварихи отвисла челюсть.
– Ты хочешь, чтобы я это сварила? Все вместе?
– Да, если вам нетрудно.
– Но зачем?
– Боюсь, не могу сейчас сказать. Но если вы сегодня просто подержите это все в накрытом крышкой кипящем горшке, я вам заплачу. – Он прикинул, хватит ли его скудного запаса монет для оплаты такого простого дела.
– И это поможет принцессам?
– Надеюсь.
– Ладно, – согласилась женщина с изрядным сомнением в голосе. – Сварю. А денег не надо.
– Спасибо.
Похоже, у него наконец-то появился козырь. Гален набрал в карманы еще базилика и белладонны и пребывал в неприлично хорошем настроении во время вечерней проповеди Анжье. Поддержка отца и старших сестер помогла Петунии. Девочка вышла из покоев епископа с залитым слезами лицом, но ее жизнерадостная натура почти не пострадала.
После ужина Гален играл в карты с Гортензией, Сиренью и Орхидеей. Он заставил себя несколько раз зевнуть, но медлил притворяться спящим, пока Гортензия не обыграла их всех.
Снова оказавшись на диване, где «спал» прошлой ночью, Гален захрапел как можно убедительнее, пока девочки готовились к балу.
В какой-то момент он поймал себя на том, что засыпает по-настоящему. Выудив одной рукой из сумки спицу, юноша тыкал себя в ногу всякий раз, как начинал задремывать. В урочный час он под прикрытием спинки дивана накинул фиолетовый плащ и, как только лестница начала опускаться, уже пристроился за спиной у Розы.
Пока они спускались по золотой лестнице, белая шаль соскользнула с плеч девушки, и Гален, не думая, поправил ее.
– Спасибо, – машинально произнесла Роза, затем резко остановилась и оглянулась. Страх на ее лице боролся с надеждой. – Гален?
– Роза? Что такое? – Фиалка подошла и взяла старшую сестру за руку.
– Ничего. – Роза помотала головой, словно прочищая мозги. – Я все думаю… Неважно. – Ведя младшую сестренку за руку, она продолжила спуск.
– Это был добрый дух?
Роза снова остановилась:
– Что ты сказала?
– Последние две ночи на балу я разговаривала с добрым духом, – поделилась Фиалка, с обожанием глядя снизу вверх на старшую. – Он очень хороший, подбадривает меня, когда я устаю и мне грустно.
– Он… он подбадривает?
– Роза! Фиалка! – Фрезия, стоя с остальными принцессами у подножия лестницы, раздраженно смотрела вверх. – Чего вы обе там застряли?
– Уже идем. – Роза поспешно преодолела вместе с Фиалкой оставшиеся ступени. – А на кого дух похож голосом? – шепотом спросила она по дороге.
– На духа, – ответила малышка и тут же зажала рот ладошкой. – Мне не полагается об этом говорить, – произнесла она сквозь пальцы. – Это секрет.
К облегчению Галена, они добрались до жемчужно-серебряных ворот прежде, чем Роза успела вытянуть из Фиалки что-нибудь еще. На сей раз он плыл в лодке с Фрезией и ее темным принцем. Тот оказался не таким стоиком, как остальные, и проворчал:
– Что ты ела на ужин?
– В смысле? – нахмурилась принцесса, глядя на орудующего веслами кавалера.
– Ты такая тяжелая, словно на тебе железное исподнее, – пропыхтел тот.
– Фу! – Фрезия стукнула своего принца веером по плечу. – Как грубо!
Когда лодка добралась до острова и черного дворца, Фрезия выпрыгнула из нее, не дожидаясь помощи. Она гордо прошествовала во дворец впереди остальных, а ее кавалер семенил за ней по пятам, извиняясь на каждом шагу. Посмеиваясь про себя, Гален задержался зачерпнуть немного крупного черного песка. Он завязал его в платок и засунул сверток в кошель на поясе.
Оказавшись в бальном зале, Гален, мучась жаждой, стянул себе кубок. Роза сохраняла настороженность и обшаривала углы комнаты взглядом в поисках признаков перемен. Принц Илликен пытался завладеть ее вниманием, обнимая за тонкую талию крепче обычного, отчего Гален потянулся за новым кубком и еще за одним. Наконец рассеянный вид партнерши настолько утомил принца, что он сам отошел выпить, оставив Розу возле стульев, где Гален играл с Фиалкой в «доброго духа».
Юноша засунул кубки за занавеску, подошел к Розе и дернул за край шали. Она ахнула и стала озираться.
