— Моя королева! — дрожащим голосом произнесла Рита. — Колье совсем закроет два этих камушка. А это моя цена…
— Как это? — заинтересовалась Тиана, глядя на улыбающегося отца.
Рита ответила с явной гордостью:
— Герцог Арлей выкупил мою жизнь за эти два живых бриллианта на рынке Корс!
Портнихи ахнули и забормотали:
— Значит, правду говорят…
— Дорого заплатил…
— Знал, что брал!
— А говорили о битве…
Возможно, именно слова Риты или это бормотание навели герцога на странную мысль. Он шагнул к зеркалу, положил ладонь на черную шкатулку, украшенную бриллиантами, и что-то сказал. Затем открыл крышку, подошел к Рите и высыпал над ней содержимое шкатулки со словами:
— Вот твоя цена! Но только малая часть!
В этот раз вместе с Ритой все женщины, включая королеву, дружно произнесли:
— Ой!!!
Только Рита — оттого, что камни поползли по ее плечам, а окружающие — оттого, что увидели.
Сияющие бриллианты заплели в крупную сеть корсаж платья, узкими стрелками ринулись по складкам почти до пола, а на шее образовалось ожерелье, никак не закрывающее два более мелких бриллианта, висящих на кожаной нити.
— Мне нравится! — улыбаясь, сказал герцог. — А кольца из гарнитура… Если захочет!
— А их подшивать не надо? — озабоченно спросила Кори. — Не потеряются?
— Не думаю, — покачал головой герцог.
— Куда дороже украшение, чем на моей свадьбе, — заметила королева. — Есть, что обсудить с супругом!
— А я бы ему рассказал, как две маленькие девочки летом спрятались в камине, — усмехнулся герцог. — И как их полдня искали, а потом полночи отмывали… Зря я их тогда не высек!
— Ты, отец… — тихо сказала королева. — Не надо! А то он меня дразнить начнет. А платье сам увидит и поймет. Он же у меня умный!
Уже в дверях королеву и герцога остановила Кори.
— Ваше величество! Простите, но можно ли нам хотя бы посмотреть на свадьбу?
— Почему только посмотреть? — усмехнулась королева. — Герцог Арлей приказал с утра открыть ворота для всех желающих! Как думаешь, папа, поместимся?
— Обязательно, моя королева! — улыбнулся Арлей. — В свое время на моей свадьбе каретный сарай вместил людей с четырех баронств и с Гранчиса! Правда, Борики не приехали…
***
К родовому склепу Арлеев, на котором до сих пор красовался баронский герб, жениха и невесту сопровождали четыре королевских лучника и столько же латников герцога.
— А они все время теперь за нами будут ходить? — тихо спросила Рита. — Их с каждым днем все больше…
— Это королева приказала. А я добавил четверку своих, чтоб лучники носы не задирали. Или ты хочешь, чтоб за тобой постоянно ходили?
— Нет! — Рита сказала это слишком громко, но лица сопровождающих не выразили даже любопытства. — Ой… Я хочу быть подольше с тобой.
— Я тоже. — Герцог шагнул вперед, открыл решетчатую дверь и негромко приказал: — Оставайтесь здесь!
Почетный эскорт построился перед склепом в две линии, и один из лучников не поворачивая головы и не меняя выражения лица, спросил латника:
— А правда, что из склепа тайный подземный ход прямо в Пустошь ведет?
— Почему один? — чуть улыбнулся латник. — Я знаю два. А сколько их там… Только герцогу известно.
— Погода сегодня облачная, — не унимался лучник. — Того и гляди, грозу натянет.
— Для свадьбы любая погода хороша — поверь мне, парень. А молодым и вовсе все равно…
Внутри склепа Рита взяла Арлея за руку и повела к саркофагу. Герцог украдкой глянул на часы и убедился, что до полудня время есть. С другой стороны, он понятия не имел, что затеяла Рита, да и как-то непривычно было приходить сюда в сопровождении женщины в белом.
А Рита положила ладонь на крышку саркофага и, склонив голову, застыла. Губы ее шевелились, но не издавали ни звука, а герцог вдруг ощутил… Именно ощутил, а не услышал:
— …Он все время попадает в истории…
— …Забывает есть вовремя…
—.. Но он очень хороший…
— … Буду следить и заботиться…
— …Люблю его и не смогу жить…
— …Пожалуйста…
Потом она повернула голову и попросила:
— Положи руку…
Герцог никогда не верил в чудеса. Техники делали потрясающие приборы, повозки и разные мелочи, но не скрывали, что это лишь правильно подобранные и расставленные детали. Маги творили зелья, бальзамы и волшебные вещи. Но Морхил обмолвился, что любой тупица способен повторить заклинание или произнести его случайно. Так что чудесам неоткуда и взяться…
В тот самый момент, когда пальцы Арлея коснулись камня, облака в хмуром небе разошлись, и солнце через окна в потолке осветило мрамор из Пустоши. Камень впитал этот свет, вспыхнул бело-розовым с темными прожилками и не погас, даже когда солнце закрыли тучи, а в склепе вновь воцарился полумрак.
Но и это герцог счел странным, но вполне объяснимым сочетанием случайностей. Ну, а большие глыбы и плиты пустошного мрамора светились сами — это было общеизвестно.
Рита отнеслась к этому знаку несколько иначе — она улыбнулась, а по щеке скатилась слеза…
— Пойдем, — тихо сказала Рита и убрала ладонь с саркофага.
Камень вспыхнул ярче. А вот когда герцог убрал руку с крышки — немного потускнел. Арлей погладил сразу засветившийся мрамор и спросил:
— Ты уже была здесь?
— Да, — ответила Рита. — Мне было очень надо…
