Вождь кочевников вытащил из-под куртки плоскую коробочку, заглянул в нее и со вздохом ответил:
— Чуть меньше двух с четвертью часов…
— Повезло! Не цветочница! А то бы уже воняли. Давай!
Последнее относилось уже к караванщику с небольшим сундучком в руках.
— Сначала капли от боли. Чего ж они мучиться будут… Теперь красный бальзам!..
***
— Давай-ка отойдем, — предложил герцог Бигрону. — Не стоит мешать. И раз уж взялись за них, значит выживут…
Но едва они сделали несколько шагов, как в повозке герцога открылся люк, и в нем показалось смущенное лицо Риты.
— Не надо меня пороть, Реток… Я же никого не убила…
— Да я тебя сейчас!.. — ринулся конюх к повозке.
— Стоп! — нахмурился Арлей. — Она нам жизни спасла!
— Да никогда бы они не…
— Реток! — рявкнул герцог. — Позже разберемся! Лучше Алексу помоги!
Конюх обиженно поджал губы, шагнул в сторону и произнес:
— Вам виднее, ваша светлость. А Алексу помогать нечего. Он лучше меня знает… Да и сделал уже все…
А Бигрон, приоткрыв рот, потрясенно вглядывался в уже опустевший люк.
— Какая женщина… У меня три жены, но только одна смогла родить сына. — Вождь повернулся к Арлею, но указал на Ретока: — Твоя или его? — Затем он приподнял палицу: — За нее я отдал бы самый большой камень из символа своей власти!
— А ты бы такую продал? — усмехнулся Арлей.
— Нет…
— Хорошо. — Герцог посмотрел на костяную маску, висящую на груди Бигрона, и спросил: — С пилигрима снял?
— С чего это ты взял? — набычился вождь. — Эту маску пилигрим подарил еще моему отцу за спасение! Едва с голода не умер в Долине Снов! Ему и еды дали, и до крепости проводили. А ты думал, что мы его съели?
Ответить Арлей не успел — к ним подошел Алекс и поклонился:
— Ваша светлость! Мы сделали все, что могли, но… — Караванщик увидел, что герцог недовольно хмурится, и извиняющимся тоном сказал: — Прошу прощения, но при чужих…
— Да он тебе теперь свой в доску, — заверил Арлей. — Наследника спас!
Неизвестно, к кому обратился герцог последней фразой, но ответили оба и одновременно:
— Да!
— Без сомнений!
— Так какое «но» у тебя возникло, Алекс? — улыбнулся Арлей.
— Да я, ваша… Я, Дэйран, пришел сказать, что мальчишки в себя пришли, но им еще зеленого бальзама дня три попить бы надо.
— Так дай им все, что нужно. И вот еще… Бигрон! Твои здорово поджарились? Даже меня жаром обдало…
— Они воины! Потерпят!
— Это понятно. Ты, Алекс, дай вождю коробку порошка против ожогов. Только пусть твои воины, Бигрон, не забудут пузыри вскрыть и уж потом присыпать.
— Ты, герцог, добр неимоверно! А в Пустоши доброта обязательно возвращается! Можно мне на сына посмотреть?
— Судя по всему, уже и забрать можно. Но у нас еще одно дело осталось. Ты, Алекс, иди… А ты, Бигрон, помнишь о наглости и глупости и о моих словах?
Вождь переступил с ноги на ногу, посмотрел в сторону носилок и вздохнул:
— Прости, герцог! Похоже, что это я нагл и глуп.
— Хорошо, — кивнул Арлей. — Алекс расскажет, чем дальше лечить ребятишек, и все даст, что нужно. А почему вы у Пьяного Мага или кого другого зелий не купите в прок?
— Да они нас не жалуют… Хотя мы хорошую цену дали бы! А ты, герцог, куда дальше пойдешь?
— На рынок нам надо. Потом к магам.
— Ага! Тогда передавай от меня привет Рукастому Дину! Поможет. А мимо него на рынок не пройдете.
— Спасибо.
— Не тебе, герцог, спасибо мне говорить! Мой долг больше!
По знаку вождя прибежали носильщики, подхватили носилки и бегом отправились к кочевникам. Бигрон приветственно поднял палицу и крикнул:
— Герцог! Караванщики! Свои долги я всегда помню! И дети мои, и внуки! А найти меня можно неподалеку от Долины Снов!
Бежал Бигрон, пожалуй, даже быстрее своих соплеменников — недаром получил прозвище. Около своей свиты вождь воздел к небу палицу, и под многоголосый рев кочевники покатились к выходу из ущелья.
— А где эта Долина Снов? — спросил герцог.
— Далеко. За землями фермеров, — ответил Алекс. — Недели три-четыре, если не останавливаться нигде.
— Чего ж их сюда занесло? Реток говорил, что не должно здесь быть кочевников.
— Не знаю. Но… Думали мы когда-то над этим и решили, что кочевники яйца у пустошных орлов воруют. Только очень редко этим занимаются… Может, потревожили гнездовье? Потому и повезло вам, герцог, того орла сбить. А вообще- то сейчас они спать должны.
— Поехали уже, — недовольно предложил Реток. — Время в разговорах теряем!
Перед тем, как караван тронулся, герцог строго сказал конюху:
— Ты на Риту не злись! Она ж наши шкуры спасала.
— Чуток не спалила она наши шкуры! И никогда бы кочевники не напали! Помахали бы лапами, как пустошный крот, проверещали и начали договариваться!
— Но она-то этого не знала.
— Да-а… — протянул Реток. — И не на нее я злюсь, Дэйран. На себя! Забыл огнеплюй на крыше зарядить! Там всего четыре снаряда и было… А какова девка! А, Дэйран?! С одного раза и управление, и стрельбу запомнила! — Лицо конюха расплылось в улыбке: — И коридор этот из повозок она для нас построила! Алекс сказал, орала так, что они ей слова поперек не посмели ввернуть!
Он потянулся к пульту и спросил:
— Готовы?!
— Давно! — ответили рупоры над пультом.
— Поехали!
