Принцесса Шиповничек полностью

Они еще какое-то время вслушивались в тишину. Потом, не говоря ни слова, вернулись к машине и поехали прочь.

– Он шел по замку и дивился, как много вокруг спящих: хороших людей и не очень, молодых и не слишком. Он едва мог продолжать путь – мешали люди, лежащие прямо на дороге, и ни один из них не шевелился. Ни один.

– Гемма, почему мешали? – спросила Бекка.

Она чувствовала себя почти взрослой, потому что сегодня ее в первый раз взяли вечером на ярмарку. Здесь было на что посмотреть, и сначала она слушала сказку вполуха. Они стояли в очереди на колесо обозрения. Шана и Сильвия катались уже второй раз. Тогда-то Гемма и завела привычную сказку – чтобы Бекка немножко успокоилась.

Но это странное слово…

– Гемма, а почему «мешали»? Мешали суп? Ложкой? А зачем им ложки, если они спят? Как лежать и варить суп? Я не понимаю… – Ее голосок звенел от волнения.

– Это просто значит, что трудно было пройти, – Гемма крепче сжала руку внучки.

– Зачем ты не говоришь: «не мог пройти»? Зачем говоришь: «мешали»? Получается похоже на суп. Это глупо, а «Спящая красавица» ни капельки не глупая сказка.

– Ну конечно, – задумчиво согласилась Гемма, глядя куда-то мимо колеса обозрения, – ни капельки не глупая.

– Тогда зачем ты говоришь «мешали»? – не отставала Бекка.

Гемма не ответила. Просто потянула внучку вперед, к ожидающей их кабинке. Покачиваясь, они поплыли вверх. Предвкушение чуда, перемешанное со страхом, – и сказка была забыта.

– Ой, Гемма, смотри – небо! – закричала Бекка.

Они молча сидели в гостиничном холле, пили кофе и ждали Йозефа Потоцкого.

Бекка вспоминала обратную дорогу из Хелмно. Сначала с реки Нарев пополз серый туман, потом небо затянули облака и начался мелкий моросящий дождь. Осматривать город под дождем не хотелось, поэтому они просто остались в гостинице, коротая время за чтением. Бекка читала книгу по истории Польши и неожиданно наткнулась на фамилию Потоцкий. Оказывается, эта аристократическая семья с юга Польши была известна еще с тринадцатого века.

– Как думаешь, наш Йозеф Потоцкий тоже королевского происхождения? – спросила она у Магды.

В тишине комнаты собственный голос показался Бекке слишком громким.

– У нас больше нет аристократии, – засмеялась Магда. – Кто угодно может переиначить или изменить свою фамилию. Тебе повсюду мерещатся принцы и замки.

– А тот schloss… – начала Бекка.

– Ну, если это и есть замок твоей бабушки, то она не из богатой семьи.

Повисла долгая пауза.

– Ты тоже считаешь меня дурой? – спросила, наконец, Бекка. – Сестры думают, что я совсем помешалась с этими поисками.

– Интересоваться своим прошлым совсем не глупо, – отозвалась Магда. – Глупо жить в прошлом, как делают многие аристократы. Пойдем ужинать.

Обеим было не до еды, они просто поковырялись в тарелках. Правда пирожное Бекка съела с удовольствием. А теперь они сидели в холле и потягивали кофе. Ожидание казалось бесконечным.

– Сколько времени? – в который уже раз спросила Бекка.

– Он обещал прийти в восемь, а сейчас только полдевятого. Прошлое ждет уже пятьдесят лет. Часом больше, часом меньше… Что-то я заговорила прямо как тетушка, а ведь я моложе тебя.

Бекка улыбнулась.

– Ты права, Магда. Я веду себя просто как клуша.

– Что такое «клуша»?

– Клуша, дурочка, балда, loca…

– А, балда я знаю! У меня был парень из Америки. Он стучал себя по лбу, вот так, – Магда показала, – и говорил: «Ну и балда». Значит, балда это клуша. А дурачека?

– Дурочка.

– Люблю учить новые слова! А что значит «лока»…?

– Это по-испански, а не по-английски. Не бери в голову.

– Клуша, я запомню. – Магда постучала пальцами по лбу. – Ну и клуша!

Обе громко расхохотались.

– Приятно услышать смех в такой вечер.