Принцесса Звездного престола полностью

Ну а если ракеты все-таки успеют взорваться? Что будет тогда? Ведь даже попытка предупредить или начать эвакуацию из столицы может заставить генерала запустить жуткую летающую смерть.

Первые лучи солнца принесли в окрестности столицы существенное улучшение погоды. Дождь прекратился, и только лишь из низин да с мест, поросших лесом, тянулись шлейфы дымного тумана. Наш маленький прогулочный флаер неспешным курсом двигался в северо-восточном направлении, и ни у кого не должно было появиться подозрения, что мы направляемся к окруженному строительными лесами замку-музею. Мы двигались по касательной, а значит, пролетали мимо музея на расстоянии полтора-два километра.

В тесном салоне, рассчитанном лишь на двоих пассажиров, нас разместилось пять человек.

Малыш небрежно пилотировал флаер.

Герцог Мишель Лежси с излишним напряжением сжимал в руках пульт дистанционного управления взрывом. Видимо, и он волновался изрядно.

Армата сидел с прибором на глазах и продолжал наблюдение за главным залом музея, сообщая о малейших изменениях. Неимоверно дорогим «жучком» мы ре шили пожертвовать без особых сожалений. Хотелось до последнего момента наблюдать за действиями генерала и его подчиненных.

Роберт, стоя на коленях между сиденьями и боковой дверцей, с ловкостью жонглера управлялся с несколькими видеокамерами, с помощью которых мы намеревались снять тот момент, когда замок-музей сложится как карточный домик. Если верить обещаниям герцога.

Ну а я осуществлял, так сказать, общее руководство. Все еще терзаясь сомнениями и тут же находя массу оправданий для совершаемых нами действий, то есть для самого себя.

И в этот момент первые лучи нашей центральной звезды озарили показавшийся на переднем плане замок. Весьма красивый, между прочим, и действительно достойный любования. Но, увы, участь этого шедевра зодчества была предрешена!

Разве вот только…

Разве вот только…

— Генерал проснулся! — Голос Арматы стал напряженным. Он всей своей сущностью находился в главном зале музея. — Вернее, его разбудили. Докладывает дежурящий у окон часовой. Генерал встает… Потягивается… Недовольно морщится, но идет в сторону окна.

— Мы ведь уже в пределах досягаемости их радаров! — напомнил Малыш. — Видимо, Савойски приказал докладывать обо всем, что зашевелится в округе…

— Он ведь сейчас далеко от приборов?! — Нервный зуд так распалил мое тело, что Булька принялся интенсивно проводить успокоительные массажные поглаживания.

— Да! — подтвердил Армата. — Смотрит в бинокль куда-то наружу… До приборов ему бежать секунд пять…

Думать дальше было некогда, да и в ближайшее время, скорее всего, не представится лучшей возможности. Я выдохнул всеми своими легкими:

— Взрывай!!!

Сразу же после моей команды Мишель Лежси с секундным интервалом нажал пять кнопочек на длинном пульте дистанционного управления взрывами. И мы замерли, буквально впиваясь взглядами в кажущийся несокрушимым замок.

— Внутри все дрогнуло! — воскликнул Армата. — Генерал бежит к приборам! Обвал!!! Все рухнуло куда-то вниз!!! Ничего больше не вижу!..

В тот момент, когда он произносил слово «обвал», из огромных и величественных печных труб замка вырвались реактивные струи пыли, а секундой позже все здание завибрировало и плавно стало оседать вниз. Затем приостановилось на еще более короткое мгновение и как-то враз, окутавшись клубами мелкого кирпичного крошева и пыли, рухнуло само в себя. Словно навсегда провалившись в преисподнюю.

Зрелище, конечно, получилось грандиозное и величественное. Рассмотреть конечный итог в данное время не получалось из-за облака пыли, покрывшего место, где двадцать секунд назад возвышалось красивое и древнее строение. Мы подлетели ближе и дали короткий круг над не желающим рассеиваться облаком.

— Красиво стенки провалились! — стал восхищаться Роберт. — И для потомков кадры сохранились!

— Несколько пленников тоже бы не помешали! — буркнул Малыш.

— Вот и я говорю, — Роберт выключил одну из камер записи изображения, — разве это операция? Мне даже ножик ни разу бросить не довелось! Так и сноровку потерять недолго. Горы трупов — а у нас ни одной царапинки!

— Мало тебя царапали? — ухмыльнулся Малыш. — До сих пор нравится? Я тебе гвоздик для этого подарю: царапай себе, сколько хочешь.

Разговоры ребят немного разрядили висящее в кабине напряжение. Но самый важный вопрос беспокоил всех.

— Надеюсь, ракеты уже не взлетят? — спросил я у Арматы, снявшего с головы прибор и во все глаза рассматривавшего дело наших рук.

— Уже нет! Ну разве что теоретически еще можно детонировать разрушительный заряд. Но для этого надо раскопать руины, демонтировать корпуса и из остатков целых деталей воссоздать разрушенный пульт управления «Кастета-сорок». Но в таком случае гораздо проще построить новую ракету.

— Успокоил! Малыш, мчимся в город! Заляжем на дно, пока здесь не появились любопытные и те, кому здесь положено быть по работе.

В тот же момент наш перегруженный флаер тяжело развернулся и помчался над самой поверхностью к столице.