Меня обнимают сильные руки, прижимают к мускулистой груди так крепко, что мои пятки отрываются от пола. Я кашляю, словно из меня пытаются выбраться, цепляясь когтистыми лапами за горло, все не выплеснутые эмоции, которые накопились за последние несколько часов, а их немало. Вина, злость, непонимание, стыд, унижение, изумление, страх, — всего этого во мне в избытке и теперь просыпается в судорожных вздохах и сцепленных на пиджаке куратора пальцах. Но, кажется, все думают, что я просто перепугалась. Хотя разве мне не плевать, что они там думают?
Дышу ртом, пытаюсь взять под контроль сердцебиение. Аран молчит, и я ему за это благодарна.
— Мари, прости нас, — я слышу голос Лео, но только сильнее утыкаюсь лбом в грудь куратора.
Мне не интересно. И слушать оправдания я не хочу. Уверена, никто и слова Аэрту не сказал за то, что он так со мной поступил. Может, я и не подарок, но даже я не заслуживаю такого унижения. Или заслуживаю? Мерир считает, что да. Сжимаю преподавательскую форму в кулаке еще сильнее. Наверняка, останутся заломы. Я хотела истерику со слезами, такую, какой могу легко управлять, а получила что-то гораздо глубже.
Чувствую ладонь Хагана Ирэ на своем затылке — он все понял верно. Сейчас меня совсем не раздражают его объятия, нет и злости по отношению к этому сильному и, чего там, великому мужчине.
— Мы действительно должны были пойти за тобой после того, что случилось в… — Рот давится словами, скорее всего, кто-то дал ему локтем под ребра, пока он не сказал лишнего.
Я отстраняюсь от Хагана Ирэ, задираю выше нос, чтобы окинуть присутствующих достойным их поведения взглядом, но, похоже, я разом разучилась правильно смотреть. Никто не шарахается, а мастер все также удерживает меня за плечи.
— Мариис, дело приняло даже более серьезный оборот, чем я предполагал, — издалека начинает он. — В этой комнате вы жить не сможете, поэтому теперь вашей новой обителью станет комната над преподавательским крылом. Там недавно сделали ремонт, вам будет удобно. Все члены вашей команды расположатся с вами по соседству, и больше вы не встретите опасность в одиночестве.
Не такого поворота я ожидала. Это что — мы будем все вместе жить? Что за бред? Что за форменное издевательство над моей психикой и выдержкой?
— Как долго? — звучит единственный вопрос.
И, конечно, задает его Ивес. Что, не хочется тебе жить рядом со мной, золотой мальчик? Боишься запачкаться?
— До конца расследования нападения на кадета Арос.
Естественно, будет расследование. Подобное нападение в стенах нашего Кадетского Корпуса — это просто что-то из области фантастики. Только вот не хочу я, чтобы расследование проводил полковник и его подопечные. Ищу выходы из сложившейся ситуации и не нахожу.
— Все, кроме Мари, отправляются на лекции, — отдает приказ куратор, после которого парни мгновенно разворачиваются и направляются к двери. — А мы с вами пойдем в вашу новую комнату, где вы ляжете, кадет Арос, и хорошенько отдохнете.
— Я не устала, мастер, — возражаю я, но меня уже настойчиво ведут по направлению к выходу.
— Мари, вы уверены, что не знаете нападавших? — спрашивает мастер Ирэ, когда мы выходим в общий коридор жилого корпуса.
— Абсолютно.
Мне не нравится, что Хаган Ирэ так и не снял руку с моего плеча. Навстречу нам изредка попадаются кадеты, несмотря на лекционное время. Взгляды, которые я на себе ловлю, мне тоже не нравятся. Теперь еще больше будут говорить, что я любовница куратора. Тьфу! Хотя, в свете последних событий, это не самая большая печаль.
— Мастер, уберите руку, я уже могу идти без вашей помощи, — сквозь зубы цежу я.
— А вдруг я делаю это не для помощи вам, а для собственного удовольствия? — совершенно неожиданно спрашивает куратор, но руку убирает.
— Любопытненько, — даже Аран реагирует на загадочное замечание полковника.
— Мне тоже, — не сдержавшись, отвечаю я.
— Простите, что? — мастер пытается заглянуть в мои глаза, но я делаю вид, что очень обеспокоена степенью загрязненности своих рук.
— Да так, мысли вслух.
Вместо того, чтобы привычно спуститься вниз на административный этаж, мы направляемся вверх по лестнице, по завершении которой путь нам преграждает кованая решетка.
— Как вовремя я взял ключи, — бормочет куратор.
— А зачем вы их, кстати, взяли? — интересуюсь я.
Хаган Ирэ усмехается и пожимает плечами, но все же отвечает на мой вопрос.
— Я в любом случае собирался вас переселять. Команда должна жить и работать вместе. Только так можно достичь полнейшего взаимопонимания, которого у вас, как я понимаю, нет.
Я молчу, обдумывая сказанное куратором. Это что же получается? Он меня жалеет, что ли? Иного объяснения у меня нет, ведь у остальных членов группы общение между собой складывается преотлично. Следовательно, мастер Ирэ узнал о случившемся в Ветровом коридоре и, сжалившись надо мной, решил предпринять действия по сплочению нашего разобщенного коллектива.
Только для меня это не жест защиты, а форменные издевательством! А, может, это и планировалось как издевательство, и если не сломаюсь, то закалю характер и волю? Очень в духе моего папеньки, кстати.
