— Иди к демонам, принцесска! — слышу я прежде, чем кладу ладонь на предложенный локоть полковника Хагана Ирэ.
<p>47</p>Идти рядом с ее дочерью странно. Я пытаюсь не искать сходства и не могу. У Мари такой же нос, те же скулы и немного остренький подбородок. Однако, и различий много. Волосы Мариис темнее, глаза другого цвета, более жесткая фигура (все же обучение в кадетском корпусе и постоянные тренировки дают свои плоды). Мари совсем не так кокетничает. Конечно, общаясь с ней ни на секунду не забываешь, что ты находишься рядом с очаровательной молодой женщиной, но к ее ногам не хочется уложить весь мир. Хотя, возможно, это просто я постарел. Ее не хочется так безумно, как хотелось ее мать, в ней нет манкости Изабеллы, но в ней есть что-то такое, что заставляет меня идти рядом с ней, слушать ее мысли относительно предметов, тем и прочего, заставлять себя уйти как можно скорее и все равно оставаться.
— Я считаю, войну можно и, главное, нужно остановить, — говорит Мари. — Гибнет столько людей. Очевидно, империя уже не справляется, иначе император не задействовал бы кадетский корпус.
Смотрю на нее с непривычным для себя умилением. Она явно непохожа на других членов своей семьи.
— Вы знаете, из-за чего началась война?
Она замолкает, обдумывает вопрос. Уверен, сейчас она решает, что именно можно мне сказать.
— Огненные коты напали на наш гарнизон, — наконец отвечает Мари, ровно в тот момент, когда мы поднимается к этажу, где живут преподаватели, и я в их числе.
— Вы знаете, сколько людей погибло тогда? — задаю я очередной вопрос.
— Четыреста тридцать восемь, — без запинки отвечает Мариис Арос.
— А вы знаете, кто именно тогда пал от рук огненных котов?
— Наверное, вы мне сейчас скажете? — приподнимает брови девушка.
— Не уверен, что вам нужно знать это именно сейчас.
— Вы умеете заинтриговать.
Я смотрю и не могу понять, она действительно не знает, что тот гарнизон был выбран для дальнейшего проживания после отлучения от семьи для Изабеллы Арос? Или, может быть, это какая-то искусная хитроумная игра девчонки? Или ее призрачного дружка? Неужели, она вообще не знает, что ее мать умерла?
— Вы красивы, Мари, — говорю я и сам удивляюсь тому, что эти слова вдруг вырвались.
— Не нужно, Хаган, — она не смущена, скорее выглядит так, словно ожидала этого весь вечер. — Я хорошо усвоила ваш урок, не сомневайтесь. И хоть он и был несколько жестким, но… Он был мне нужен. Я давно должна была это сказать. Спасибо, мастер.
— Всегда пожалуйста, — отвечаю я, а внутри поднимается неприятное чувство… отверженности? — Вы доберетесь дальше сами, кадет Арос?
