Принцессы-императрицы полностью

Дети вдовствующей императрицы отсутствовали девять месяцев. На обратном пути была сделана остановка в Берлине. Там состоялась помолвка великого князя Николая с принцессой Шарлоттой, старшей дочерью короля Пруссии (о ней речь пойдёт в специальной главе). «Да благословит Всевышний сей предполагаемый брак моего сына... да обретёт он счастье своё в созидании счастья своей супруги; я с нетерпением ожидаю приезда моих детей» — так писала Мария Фёдоровна Коновницыну, выражая одновременно наставнику свою признательность за его труды и попечение великих князей. Как награду за полезный труд она подарила генералу великолепную табакерку, украшенную драгоценными камнями.

Через некоторое время после возвращения младших братьев императора Александра I в Петербург великому князю Николаю было поручено посетить внутренние губернии России. И в этом случае мать не обошлась без своих мудрых советов, которые изложила в личном письме сыну: «...Обращай внимание на то, чтобы твои размышления, всегда умеренные, никогда резкие, сохранили этот оттенок скромности, сдержанности, который так приличен молодому человеку, особенно когда, подобно твоему, путешествие, любезный Николай, имеет целью только образование и знакомство со страной, а не надзор... Тебе необходимо собрать сведения о состоянии каждой провинции, в которой ты будешь, о возможностях и недостатках, о средствах помочь этим недостаткам... чтобы иметь возможность служить императору и таким образом быть полезным твоему отечеству». Кончает это письмо Мария словами надежды: «...Прошу исполнить моё справедливое ожидание и дать мне счастье увидеть тебя ещё более достойным моей нежности...»

Десять детей имела удивительная женщина, и на всех хватало её любви, щедрости души и, казалось, безграничной энергии. Она была центром, вокруг которого вращалась семейная жизнь большой императорской фамилии.

Натура императрицы Марии Фёдоровны нашла своё поле деятельности и на благо государства. Своими главными вопросами она сделала женское образование, порученное ей ещё венценосным супругом, а также общественное призрение и благотворительность. Русские историки писали, что она была бы лучшим министром просвещения в России. А современники в своих воспоминаниях называли Марию Фёдоровну «истинной матерью своего народа». Она стремилась к благу с усердием, мудростью и постоянством. Интересуясь самыми незначительными вещами, она одинаково пеклась «о теле и духе своих подопечных».

По желанию своего царствующего сына Александра I вдовствующая императрица по-прежнему продолжала заведовать Воспитательным обществом благородных девиц — Смольным. Но этого её кипучей натуре показалось недостаточно. Она решила активно заняться созданием новых женских учебных заведений, что для развивающейся России было особенно важно. Ведь на обучение дочерей в то время мало кто обращал внимание. «Зачем всё это для будущих жён и матерей?» — так рассуждал российский обыватель. Считалось даже предосудительным, если женщина была грамотной, имела какие-нибудь знания, кроме умения вести хозяйство. И вот по инициативе немецкой принцессы и при её деятельном участии в России было открыто несколько новых училищ для женщин, в том числе училище повивального искусства на тридцать воспитанниц для подготовки акушерок. В России отмечалась непомерно большая смертность среди детей: согласно статистике ежегодно умирали около 90% новорождённых. В больнице редко кто рожал, да и самих больниц было очень мало, разве что для избранных. Бабку-повитуху обычно приглашали домой, а иногда роженица обходилась и собственными силами.