Фридрих II написал своей племяннице о свершившемся отказе принца от руки её дочери и потребовал ответить на русские предложения. «Что же касается до обручального кольца, то его нужно отослать принцу, так как у Вашей дочери и без того будет достаточно драгоценных украшений». Воле своего родственника и покровителя мать Софии не могла противиться. (Что же касается вопроса о вероисповедании, то он не вызвал затруднений). Вскоре прусский король сообщил, что деньги — 10 000 талеров — на гардероб её дочери и вексель на 40 000 рублей на её путешествие он высылает.
А сама принцесса София Доротея, чувствами которой никто не нашёл нужным поинтересоваться, хотя ни для кого не было секретом, что предложение русского двора польстит её самолюбию? Как она отреагировала на все эти события?
София очень обрадовалась и отказу жениха и, конечно же, предложению выйти замуж за будущего русского царя. Да какая немецкая принцесса не была бы счастлива от такой возможности! Ведь в России ждал почёт, богатство, величие. София, узнав о столь неожиданном повороте в своей судьбе, бросилась на шею графине Генриетте, своей подруге, поцеловала её несколько раз и сказала: «Мне очень жаль расставаться со всеми вами, но я счастливейшая принцесса вселенной».
Всю жизнь она сохраняла чувство благодарности к Фридриху II, своему благодетелю, и всегда помнила его советы. Спустя сорок два года, прибыв в Берлин уже вдовствующей императрицей, она, по свидетельству очевидцев, простёрлась перед гробницей этого великого короля, как это делают обычно перед святыми мощами, и долго пребывала в молчании. Побывала она и в комнате, где Фридрих показал ей в первый раз портрет великого князя Павла и начал беседу по поводу предстоящего брачного союза.
Итак, принцесса Вюртембергская получила предложение стать супругой сына российской императрицы. До официального сватовства было решено лично познакомить жениха с невестой в Берлине. Прусский король посоветовал, чтобы София приехала за две недели до прибытия в столицу Пруссии наследника российского престола.
Начались сборы. Однако, несмотря на столь радостное событие, не обошлось и без грусти: ни мать, ни подруга не могли сопровождать принцессу в Берлин. Первая должна была приехать лишь после официального предложения со стороны великого князя, а вторая готовилась стать матерью. Молодой девушкой овладела робость: «Я очень боюсь русской императрицы», — говорила она Генриетте, теперь уже фрау Оберкирх, от которой никогда не скрывала своих мыслей и чувств. «Как бы я была счастлива, если бы мне удалось понравиться русской государыне и великому князю». Чтобы не волноваться и уверенно держаться в большом обществе, она, оставаясь одна в комнатах, раскланивалась перед пустыми креслами, как бы репетируя будущие встречи.
И вот наступил час разлуки. Прощаясь с нежно любимой матерью, София даже лишилась чувств.
В карету её отнесли на руках. Отец и две статс-дамы из свиты вюртембергского двора сопровождали её. В Потсдам прибыли в первые дни июля. Там уже собрались родственники Фридриха II и некоторые члены семейства вюртембержцев.
А из Царского Села в это время выехал наследник российского престола в сопровождении блестящей свиты. На границе с Пруссией его встретил принц Генрих. Проезд по прусской земле столь именитого гостя сопровождался торжественными встречами и почестями. Обычно экономный, король Фридрих II на этот раз не поскупился: его церемониальная служба превзошла себя. Почётная стража и отряды курьеров, одетых в парадные костюмы и трубившие в рога, дожди из букетов цветов, танцы на зелёных лужайках, исполняемые молодыми девушками в нарядных платьях, — всё это не могло не вызвать восторг у высокого гостя. Да к тому же роскошные обеды и ужины, смотр войск, пушечная канонада и даже колокольный звон как неотъемлемая часть истинно российского торжества.
10 июля вечером сын Екатерины II прибыл в столицу Пруссии, где был встречен королём у дверей своих комнат. Принц Генрих представил великого князя своему брату. Между гостем и королём, как это обычно бывает, состоялся обмен приветственными речами. Наследник русского престола сказал Фридриху:
