– Я не удивлюсь, если именно так и произойдёт. Мы ведь с очень большими странностями, если задуматься. Лезем к беднейшим народам, хотя сами каким народом являемся – ещё тот вопрос. Наши дети ходят пешком в школу за пять километров, потому что в бюджете нет денег на автобус школьникам, зато готовы привезти сирийских ребятишек на ёлку в Кремль – пусть порадуются. Но у них совсем другие понятия о радости и горе, их дома за эту ёлку свои убьют. Они так живут веками и ничего, не исчезают. Рожают много, а развития никакого, производства нет, профессий нет, следовательно, нет ценных товаров, прибыли, жрать нечего, поэтому излишки населения приходится вырезать под видом религиозных разногласий, хотя какие у них там разногласия, если все одной веры. Но эти найдут. У них настоящая ломка идёт, если им мешать жить, как они привыкли. Зачем было теребить эту язву на теле земли, которая пошла разрастаться во все стороны? Теперь они ломятся в Европу, но не осаждают там университеты, не просят дать знания, как жить в этом мире, не стремятся получить нужные профессии, чтобы развивать свои государства. Они грозят терактами, если им не предоставят бесплатную жратву и грубые развлечения на грани криминала. Им не гуманитарную помощь надо слать, а коробки с презервативами, и через сорок лет проблема сама собой сойдёт на нет. Но тут наши прискакали из богатейшей страны мира с беднейшим населением, ребятёнка какого-то из развалин вытащили, пылинки сдувают с будущего террориста. Как в американских фильмах эпохи Холодной войны какой-нибудь пилот-задрот с лицом честного комсомольца отказывался расстреливать вьетнамских детишек, его за это сажали в карцер, морили голодом, лишали офицерского звания, что он не выполнил приказ командования, зато ни одно вражеское дитё не пострадало. Я всегда фигею от таких ванильных фантазий! На войне нет положения, что взрослых можно крошить, а ребёночка нельзя – пущай подрастёт, мясцом обрастёт. Философия скотовода какая-то. Даже профессиональный военный не сможет отследить, кто у него на прицеле и какого возраста. Может, он ещё паспорт у каждого спрашивать должен или в рупор орать: «Пропустите женщину с ребёнком»? Бред тусовки великосветской! Когда выпалывают грядки, то удаляют все сорняки, а не выясняют, какие из них молодые, так что пусть ещё растут. Не нравится убивать – не лезьте воевать, это очень трудно, но наши фантазёры лезут, в очередной раз желая показать всему миру мастер-класс гуманной войны: «Мы гражданское население не задели нашими бомбёжками». Не столько воюют, сколько ноют, какие они герои, что ни один несовершеннолетний талиб не пострадал. Но он через пару лет станет взрослым и придёт к тебе в дом. И резать он будет всех, включая баб, стариков и детей, потому что именно так надо зачищать гнездо неверных. Кого наши называют «гражданским» в странах, где нет гражданского общества: партизан, повстанцев, религиозных фанатиков? Почему наши по сути просрали войну в Афганистане? А потому что они десять лет там вглядывались, бандит перед ними или гражданин, выводили из окружения детишек, пока эти детишки не окрепли, не отъелись на советских харчах и не создали режим Талибана, который отбросил страну на пятьсот лет назад. Они хотят так жить – это их личное дело. Они не такие уж глупые, как нам нравится думать, их президент Дауд учился во Франции, пытался провести реформы и модернизировать страну, хотя ему это не удалось. Каждый народ должен своими силами дойти до ума и выйти на более высокий уровень. Кто помогал европейцам, когда они умирали от оспы и чумы в Средние века, кто им сбрасывал посылки с необходимыми медикаментами? Никто этого не делал. Кто помогал американцам пробиваться на незнакомом континенте? Кто помогал русским воевать с Ордой? Никто не помогал, люди сами успешно решали эти тяжелейшие проблемы, выживали вопреки всем ожиданиям, создали сильные государства, развивали науку и медицину. Придумали транспорт, стало возможно за пару часов из Европы долететь до Африки и Азии. И тут начались сопли цивилизации: европейцы увидели голеньких ребятишек, которые не учатся в школе, их матери рожают преимущественно после изнасилования, отцы вообще больше на диких зверей похожи. Освобождённые от труда зажиточные белые люди увидели картину, которая несколько отличается от привычной им, и решили запихнуть её обитателей в мир свой: «Он же лучше». Каждому человеку кажется, что его мир лучше, но так только кажется. Ведущие державы, которые всегда сами пробивались по жизни, от нечего делать решают «помочь сирым и убогим» отсталым народам, сделать человеком каждую козявку, даже если она того не хочет. И следует заметить, что якобы отсталые народы считают себя избранными и богоугодными, в разы лучше «белых дикарей», которых надо уничтожать, потому что они какие-то неправильные: «На нас с тобой, Ахмед, не похожи – ну не придурки ли! Даже странно, как они вообще смеют жить. Мы должны исправить подобную ошибку». И всё закономерно, потому что не надо в чужой дом ломиться со своими представлениями о прекрасном. Надо своей жизнью заниматься, какой бы обустроенной она тебе ни казалась, потому что двести лет назад люди тоже думали, что уже всё изобрели и построили, создали уровень жизни, лучше которого и быть не может. А жизнь не оценивается по шкале лучше-хуже – она должна постоянно развиваться, как любое дерево постоянно растёт, как любое облако постоянно меняет форму. Мы не понимаем, во что влезли с этой Сирией. Кому наши светские львицы от политики ботву вешают? На любой войне ВСЕГДА в первую очередь гибнет именно гражданское население, потому что оно безоружно и не обучено поведению на войне. И ничего ты с этим не поделаешь. Поэтому нормальные политики стараются не доводить дело до войны, а остальные продолжают верить, что им удастся поразить противника, не задев его детишек, чтобы потом было кому мстить. Многие мужики современными фильмами убеждены, что смогут защитить своих только потому, что они умеют делать морду кирпичом, и у них яйца в штанах. Но воюют оружием, а не яйцами, сердцами, языками, пламенной трепотнёй о любви к Родине, горящим взором и квадратной челюстью. Одна бомба – и нет нашего квартала. И бомбе этой нет никакого дела, уважали ли тебя зулусы, догадывались ли корейцы, каким мировым парнем ты себя считал. Это давно когда-то верховные главнокомандующие на кулачках сходились в чистом поле и выясняли, кто круче, но в современных войнах больше всего страдают простые люди. Именно их показывают в репортажах из Алеппо или Донбасса, чтобы нам стало стыдно: «Ай, там стреляют по детишкам! Где только у людей совесть?». Так кудахтать может только кухонная дура, что думает, будто её сопли и призывы к совести военных остановят уже развязанную правителями бойню, которые не сочли нужным её предотвратить. А война живёт по своим законам, она на то и война, что на ней люди убивают других людей, и военный там ничего не решает – он тупо выполняет приказ. И чем тупей выполняет, тем лучше военный. И самая большая ошибка простых людей в такой ситуации, если они начинают делить себя на наших и не наших, русских и нерусских, великих, ничтожных и так далее.

Перейти на страницу:

Похожие книги