– А мы тогда кто? Мы-то раньше них на свете жили, должны кое-что о жизни понимать. Мне уже шестьдесят, а я до сих пор нормальной семьи не создал. Всю жизнь бегал где-то, прыгал, взбрыкивал, чисто козлик своенравный, а в итоге ерунда какая-то получилась. И ты знаешь: сколько баб поменял, а словно бы с одной всю жизнь прожил. Никакой разницы! Чего менял, спрашивается, как шило на мыло? Точно говорят, что умный муж и с одной женой проживёт как с целым миром, а дураку сколько баб ни дай, а ему всё скучно и новых шлюх хочется. Знакомый риелтор мне рассказывал, когда я с шестой квартиру разменивал: люди мечтают улучшить свои жилищные условия, но каждый раз ищут точно такую же конуру, какая и была. Он им находит потрясающие варианты с лоджией на освещённую сторону, с утеплёнными перекрытиями, с видом на парк из окна, вдали от автострады. Но они морщатся: «А почему кладовки нет? И туалет не справа от входа? Вот что, найди такую же, только чтобы кладовка была слева, а гальюн справа – я так привык». Хотят найти что-то новое, лучшее, но упорно ищут, что у них и так есть. Рвут дружбу, в которой их подставили, но тут же находят себе точно таких же собутыльников и вороватых сплетников. Уходят от жены, а потом выясняется, что ушли к точно такой же истеричке и психопатке, в которую с нами любая царевна-лебедь превращается. Жалко, что я это поздно понял. Сначала был какой-то постельный угар, а через месяц уже ругаться начинали, через год друг друга люто ненавидели и посылали при каждом случае, куда подальше. Каждый раз одно и то же с точностью до мельчайших деталей! Те же слова, поступки, драки, бытовые проблемы, дети, сопли, неустроенность – всё приходило в определённый день и час и брало за горло.
– Все так живут.
– Не о такой семье я мечтал… Хотя, я вообще о семье не мечтал. Только западал на всякую шваль, квасил с друзьями и казался себе очень смелым и свободным. Не хотел никому уступать, но при этом мечтал, чтобы все вокруг меня плясали. И не понимал, что это невозможно по всем законам физики: никто не будет вращаться вокруг слабого ядра, которое даже ядром не является, а только воображает себя им. Говорил, что хотел, при детях и жене валялся пьяным и не понимал, что этого нельзя делать. Мне было плевать: я думал, это и есть свобода, когда плевать на всех. Не нужны были ни жёны, ни дети, ни отношения – разве это не свобода? И я чувствовал, что мне завидуют, что под этими крамольными словами подпишутся процентов девяносто мужиков. Пусть тайно и боязливо, но подпишутся! Они только болтают избитые общественные установки, как они из последних сил борются за сохранение идеалов семьи, но это только лишнее подтверждение, что им эти самые идеалы в тягость. Кому семья нужна, об идеалах не болтают – они им следуют. А остальные только языками трещат, какие они праведные и правильные до первой пьяной оторвы. Просто не имеют смелости сказать правду… Так мне казалось. А теперь мне захотелось в семью, к детям и внукам, чтобы собрать всех вместе за одним сто л о м …
– Зачем?
– Старым стал. Да это и невозможно. Не станут они прогибаться, чтобы это моё нехитрое желание исполнить. Разве что на моих поминках. Мне моя нынешняя говорит, что семья нужна только настоящему мужику, а настоящему мудаку она становится нужной только в старости, когда ему требуется, чтобы кто-то за ним убирал. Мужчина начинает понимать ценность семьи ближе к старости, когда уже помирать пора. Чтобы было кому ухаживать, когда ему хреново, а так всю жизнь тратит на её разрушение. А женщине семья нужна смолоду, чтобы жить. Она на её создание смотрит, как на главное событие жизни, а для мужика это – главное поражение. Только к пенсии начинает искать себе няньку, от которой никуда не денется, потому что уже никому не нужен. И рад бы рвануть за студентками, да гипертония и камни в почках мешают. И ведь права, стерва, ха-ха!
– Все они – стервы, – обиженно подтвердил Коркин.
– А ты их знаешь, всех-то? Что там у тебя было по женской части, чтобы сразу обо всех говорить?
– Нужны они мне! Знаю, что все они стервы и ведьмы.
– Да нешта ведьмы так живут? С такими недоразумениями, как мы, ведьмы и знаться не станут, они себе кавалеров покрасивше наколдуют – на то они и ведьмы. Так что не заливай. Ты когда-нибудь сходил с ума, был влюблён по-настоящему?
– Я запретил себе думать о любви.
