– Моя тоже всё наряжалась, а для чего – и сама не знает.
– Для тебя, наверно.
– Я и так на ней женился! Чё ещё дуре надо?
– Зря ты Дашку свою так прикладываешь, правильная ж девчонка. Не теряй достойных ради доступных. Поговаривают, что за ней уж каратист какой-то ухлёстывает, или как это нынче называется…
– Ой, он думает, я ему рыло не начищу!
– А за что? Что он твою бабу подобрал, когда ты бросил? Смотри, обучит приёмчикам, сделает из неё гейшу какую-нибудь, или кто там у вас в фаворе. Вот так испортите нормальную бабу, а потом морду воротите, мол, женщины не те пошли. Не пойму, какие у тебя к ней претензии? Может, она сериалы много смотрела?
– Она вообще телик не смотрела, отсталая женщина.
– Да ты что? Это ж не женщина, а подарок!
– Телевизор-то в моей комнате.
– А мою иногда не оттащить. Если тёща в гости приходит, считай, в квартире три телевизора заработали, так тарахтят. Я к своей матери ухожу, но там не лучше. Она смотрит всякие ток-шоу, ругается: «Когда только этих скотов уберут с телевидения? Такую сволоту показывают – автоматной очередью впору дать». Говорю: не смотри – смотрит, не оторвать! Вот что удивительно: никакая цензура не поможет. Догола разделась, все кричат «позор!», но никто, заметьте, не отводит взор… Помню, формат таких передач ввели на телевидение Познер и Листьев, но они находили для них людей интересных, которым было что рассказать, а не алкоголиков и дегенератов выставляли героями наших дней. Зрителю теперь доказывают, что нищенский алкоголизм и его последствия в виде нежелательной беременности – это интересней некуда. Я не смотрел даже, а из другой комнаты послушал – обалдел. Какие-то горластые тётки из Подмосковья целый час орут зычными голосами, как их внучку-школьницу «ызносыловолы» – это слово чаще всего повторялось с характерным говором, видимо, словарный запас только им и ограничен. Рядом – самый дорогой город мира, а в его окрестностях только и интересу, кого да в какой позе оприходовали. Вышла «внучка» – кувалда та ещё, выглядит на тридцать лет. Кто осмелится её
– Раньше у крестьянок по дюжине детей было, и никто не терялся, а нынче дюжина взрослых долбозадых за одним ребятёнком усмотреть не могут.