— Кроме того, ты же сам говорил, что они не могут не иметь цели, — добавил Лешаль.
— Это все так, — согласился Деш.
— Но эти вопросы не снимают проблемы. Нам нужно выработать решение, — резюмировал Вейтел, соглашаясь с Дешем, что проблему необходимо проработать. — Точнее сказать, решение-то очевидно. Необходимо определить для них цель.
— Которая будет для них приемлема. Это уже взрослые люди с устоявшимся мировоззрением, — добавил Деш. — Его сейчас изменить естественным путем практически невозможно.
Думаю, нам в этом может помочь Манкоа. Они уже открыли несколько десятков центров обслуживания и одновременно досуга для людей. Там предполагается, что будут работать преимущественно люди, для этого сейчас уже запущены новые факультативы на Клетионе. Какие-то работы вполне могут выполнять и люди без сертификатов.
— При этом они будут в своей среде и будут чувствовать себя полезными, — отметил два основных требования к решению вопроса Сайкон.
— Деш, тебе, значит, необходимо обсудить это с Манкоа, — заключил Вейтел.
— Хорошо, имилот, — ответил Деш. — Но независимо от их решения, наше остается неизменным?! Интегрировать. Тогда, думаю, уже можно начать их обучать хотя бы нашей речи, приобщать к порядкам и…
— Еще вопрос с их проживанием. Мы вряд ли сможем всех расселить по домам, — обозначил вопрос Вейтел.
— Манкоа, предполагаю, будет размещать своих работников при центре. Тогда, будем рассчитывать, это коснется всех.
После встречи Деш поспешил вернуться к Авдею. Едва ли его что-то беспокоило. А у Авдея собственная планета в виде частички жидкой дымки, заполнявшей некий условный стакан, несколько раз взорвал мозг, загнал сердце, вызвал тоску и ненависть, удивление и преклонение.
— Как все прошлò — поинтересовался Авдей, обрадованный возможностью переключить куда-то внимание.
— В порядке. Тебе здесь не скучно былò
— Ни сколько!
— Не устал?
— Не столько устал, сколько проголодался.
Это было, пожалуй, единственным вполне конкретным ощущением, о котором можно было говорить с уверенностью.
— Аа, ну, да. У вас же регулярное питание, — спохватился Деш.
— У вас здесь есть столовая?
— Мы в течение асана питаемся по желанию. Поэтому столовые при каждом заведении не держим.
— Жаль, — как мог нейтрально отреагировал Авдей.
— Но, есть чайная комната. Только там ты не поешь нормально, конечно. Давай сходим в ресторан. Здесь не далеко.
Ресторан был просторен, но в интерьере не было ничего особенного, выдающегося, удивительного. Он выглядел вполне по-пратиарийски, так же естественно, натурально и органично, как жилые дома и большинство других помещений, где Авдею приходилось уже побывать.
Своды были устланы живым декором. Здесь он, конечно, был разнообразнее, чем дома, повсюду не частые свисающие плети, разделяющие заведение на уголки, круглые белые столы, расположенные на разных уровнях относительно друг друга. В общем, интерьер в какой-то мере повторял вид района, где жил Деш: роль белых крыш, которые тоже были на разной высоте, играли столы, своды и лианы — это дороги. Обстановка вполне домашняя, успокаивающая. В центре стоял рояль, на котором играла девушка.
Увидев ее, Авдей удивился:
— Она же человек?!
— Конечно, человек. Только она с Клетиона. Музыкант. Ты только послушай, как она играет! — восхищенно сказал Деш. — Я впервые ее услышал, когда ее приглашали с концертом в педагогиум к детям.
Увидев Авдея, Грета немного смутилась. Ведь до этого асана в ресторане никогда не появлялись люди в качестве посетителей, не считая Франчески, которую она приглашала сама.
— Деш, а изображение Земли, полученное через пристализатор — это же тот же Гугл, что и дома? Но ты говорил, что дома картинка берется с Землù — поинтересовался Авдей за обедом.
— Они похожи, но это разные изображения. Изображение Земли дома — это все-таки статичные снимки, пусть они и обновляются несколько раз в конжон. В соседнем доме кто-то может просматривать противоположный район Земли. Там же люди не ходят. Вернò
А пристализатор показывает живую картинку. Да и детализация такая не доступна, как на статике, полученной с Земли. И пока ты работал, никто другой не мог изучать другую область носителя.
— Ясно. А почему отсюда убрали носитель, раньше, ты гово-ришь, он был здесь?
— Наш носитель физически по размерам был меньше, его было удобнее транспортировать, чем носитель наших коллег из университета Санкь шестнадцатой линии. Мы с ними договорились об объединении двух экспериментов: их принципа Мита и нашего Земля.
— То есть, объединениù — Авдей даже замотал головой.
Если не в каждой фразе Деша, то в каждой третьей уж точно он слышал шокирующие подробности.
— Мы объединили два носителя в один, и два принципа стали существовать в едином пространстве.
— Но они не знали о существовании друг друга?
— До поры до времени не знали. Кто-то должен был первым обнаружить другого.
— Боюсь спросить, кто же был первым?
— А что тут бояться? Мы проиграли.
— Что значит проигралù И кто мы? То, что я сегодня видел, это из какого-то архива? Я так понял, это все-таки было прямое изображение.
