– Давно с тобой не попадали вместе на обед.
– Это да! – ответил Натан. – Чаще приходится одному, причем в армейском темпе.
– Ты еще помнишь этот темп? – удивился Семеныч.
– Ты шутник! Такое на всю жизнь!
Натан Саныч и Семеныч зашли в университетскую столовую и заняли очередь.
– А я все то в другом корпусе оседаю, то иногда просто времени нет, – продолжил Натан тему, почему им редко удается пообедать вместе.
– То всего две пары, или к третьей, – поддержал Семеныч.
– Ну, это тебе так можно. Я все время на работе.
– Декан, однако! Зато как звучит! – улыбнулся Семеныч, поддерживая друга.
На какое-то время их вниманием завладел выбор блюд и душистая раздатчица, явно вчерашняя выпускница кулинарного техникума, еще не успевшая заматереть, окрыситься и заматериться на одних и тех же посетителей.
– Анатолий, почему ты не хочешь взять его в свою группу? – вдруг перевел тему Натан, когда они разместились за столиком. – Численность группы у тебя позволяет, ты ходил и большим составом. Пусть это было давно, и ты был моложе…
Семеныч не сразу уловил, о чем речь, но после понял, что имеет в виду Натан, и о ком он говорит.
– Давно, не давно! Это не важно. Натан, ты же знаешь. Если я не вижу человека рядом с собой, то я не возьму его с собой. Точнее я не пойду с ним.
– И в этом правиле не может быть исключений?
– Это правило меня ни разу не подводило! С чего тогда в нем появиться исключениям?! А чего ты уже какой раз мне его сватаешь? Мы же уже сформировали группы.
– В тех составах появились изменения.
– Кто их внес?
– Это рекомендация Савелия Ильича.
– Хм… Все понятно. Только это ничего не меняет. Ты же понимаешь?
– Слушай, ну Стоялинцев же даже пять лет как-то здесь выдержал. Все остальные сходят до конца второго курса. Отличник!
– Это мелочь. У меня в группах, сам знаешь, процент троечников больше, чем у других. Это для меня не критерий. А то, что он дожил до диплома, это не благодаря отсутствию моих стараний. Ты сам знаешь, как оно было. Слушай, не смотри так на меня. Савелий Ильич рекомендовал, как ты говоришь, – Семеныч сделал акцент на слове «рекомендовал» с хорошей паузой, намекавшей на то, что рекомендацией можно воспользоваться, а можно и не воспользоваться.
– Нужно как-то аргументировать.
– Так и аргументируй. Семеныч против. А уж почему Семеныч против, это ты не обязан аргументировать.
Натан Саныч и сам мог бы припомнить неудобные моменты, когда ему приходилось как-то замять разговор в присутствии нежданно зависавшего возле них Стоялинцева, чтобы потом продолжить его в другом месте. Но что крутилось в голове у Семеныча, он, конечно, знать не мог.
Через небольшую паузу Семеныч добавил.
– В любом случае, Ильич не может утвердить мой список без моего согласия. Тем более я не помню, чтоб Стоялинцев сам ко мне обратился с просьбой, включить его в группу.
– Еще не поздно?!
Семеныч сморщил нос и покачал головой, как бы давая понять, что не желает этого, и что это все равно ничего не изменит. А иногда движением брови можно сказать больше, чем страницами текста.
– Посмотрим, – закончил он.
– Сегодня, слышишь? Мне нужны будут эти документы сегодня, – с самого утра на повышенных тонах раздавал указания Ян Константинович. – Я когда тебя еще просил о них?
– Вот первый раз десять секунд назад, – ответила Виолетта.
– Какие десять секунд? Ты не в себе что ли? Повторяю, сегодня! И кофе, с самого утра прошу. Или опять скажешь…?
– Кофе уже готов, сейчас будет, – Виолетта не стала еще больше раздражать шефа, хотя про кофе он тоже ничего не говорил. Вообще говоря, влетел в офис, даже не поздоровавшись.
Она поспешила налить кофе, но нервничала и пролила. Отдернула чайник и уронила крышку.
«Елки! Все к одному. Хоть не разбилось ничего, – думала она. – Еще кофе закончился. Когда за ним бежать? Так, кофе, сахар, ложечка, сливки. Лучше открыть самой, а то… Еще поставлю кардамон, корицу… да, и анис. Хватит. А то не сможет выбрать, тоже потом выслушивай… Бегу».
Вернувшись, она набрала Ярика.
– Привет. Слушай, будь другом. Днем будешь где, купи шефу кофе. Лавацца или Турати. А лучше оба. Заканчивается, а бежать ну, некогда.
– Ага. Я слышал, что он сегодня в ударе. Сам пьет кофе, а наша Серафима уже валерианкой не обходится. Хорошо, куплю, – ответил Ярик.
Немного позже в приемную забежал Оказий Пантелеевич, кинул стопку бумаг на стол и развернулся на выход.
– Это на подпись? – уточнила Виолетта.
– На подпись, на подпись. Я же их не в туалете бросил, – огрызнулся тоже взвинченный Оказий. – Да, давай, хватай, беги. Он их с утра ждет.
– Я просто уточнила. Если б Вы не сказали, что это срочно, я бы как обычно понесла их к обеду. Он документы рассматривает два раза в день.
– Деточка, проснись! И делай свою работу! – кинул Оказий и хлопнул дверью.
Виолетта взяла документы и побежала к шефу. Постучала в дверь.
– Кто там скребется? Входите, – раздалось из-за двери.
– Документы из юр. отдела. На подпись. Сказали, Вы срочно ждете.
