Но свободой от кого? - Милена не смогла полностью изгнать лабиринт вопросов из головы Глеб на этот вечер. - Что они сделали плохого нам? Ведь последние десять лет войны мы живем гораздо хуже, чем до нее. А они присутствовали на Земле, судя по теории отца, не меньше пятидесяти лет. Сколько у них было возможностей уничтожить здесь жизнь? Пожалуй, не меньше, чем у нас самих..."
Сознание, как будто осознало, что отвлеклось.
"И все-таки теперь мы сами решаем свою судьбу. Спасибо тем, что сегодня отвоевал нам эту возможность. К сожалению, история, возможно, так и не узнает ваши имена. История будет помнить, что вас было восемь. А сколько из вас смогли выполнить задание... Это мы скоро узнаем. Остальным слава за храбрость. Неосознаваемую, - Глеб невольно улыбнулся. - Не-о-соз-на-ваемую!"
- Ну, что ж, первый раунд, похоже, за нами, - порвался в общую тишину и оцепенений Аким. - Что нас ждет дальше? Будем уже радоваться или подождем еще полчасика?
- Я бы выбирал между радоваться и бояться, - задумавшись, ответил Глеб.
- Это еще почему? - возмутился Тим.
- Ты же сам только что сказал, что за нами первый раунд! - ответил Глеб.
- Да не грузи! Ты просто прогорклый скептик какой-то! - недоумевал Аким.
- Может он как раз просто дальновидный реалист?! - возразила Милена.
- Реалист смотрит на вещи реально, - не хотел соглашаться Аким. - Если мы победили, то нужно радоваться. А он брови кривит!
- Давайте не будем вдаваться в разницу между скептиком и реалистом, - успокоил их Глеб. - Что меня так тревожит? Просто на данном этапе нам на руку играло то, что мы не вели активного противостояния раньше.
- Как это не вели? - возмутился, было, Тим.
- А что мы вели? Несистемные мелкие вылазки, легко восстановимый урон. А теперь в каких масштабах? Теперь они знают, что мы не смирились, - аргументировал Глеб.
- Кстати, кстати о масштабах! А запущены все восемь трансфонаторов? - осознал, что вопросы действительно еще остались, Захар.
- Это наверняка знать невозможно, - ответил Глеб.
- Мы только знаем, что забрали все восемь, - добавил Аким. - Это я проверял. Но кто забрал и куда дел, я не знаю.
- А если следующий раунд будет, то он, как это обычно бывает, будет только сложнее, - продолжал нагонять своего беспокойства на остальных Глеб.
- Ты, наверное, просто привык жить в борьбе и не представляешь себе будущего без ее продолжения, - улыбнулась Милена. - Может, все-таки расслабишься?
- Хотя бы ненадолго! - поддержал Тим.
- Мы не знаем, достаточно ли будет мощности трансфонаторов, - не мог успокоить бег своих мыслей Глеб, машинально выстраивая шаги, которые им теперь будет необходимо предпринять, - чтобы блокировать их деятельность вне пределов Земли.
- Тогда разместим транфонаторы прямо на орбите! - предложил Захар.
- Резонная задача на ближайшее будущее!
44.
"Все детство мечтал посмотреть на тебя вот так вот сверху, в юности понял, что это не реально, эта профессия не для меня, но оставалась надежда на технический прогресс... А теперь вот смотри не хочу, кручу в любую сторону, хочу ближе, хочу дальше...
И что это я опять тебя включил вообще? Что-то ведь дернуло. Может, кто-то еще обо мне изредка вспоминает? - размышлял Авдей, и сам замечал, успевая удивляться этому, что мысли ползут настолько медленно, что иногда он может предугадать, какая будет следующая.
- Интересно, когда мысль угадывает следующую себя, это Деш специально предусматривал такую возможность, или это мне от скуки мерещится?
Перед его глазами медленно и даже, пожалуй, скучно поворачивался справа налево голубовато-белесый шар.
- И как космонавты годами на орбите на это могут смотреть? Наверное, у них много работы, если им это не надоедает".
Вернулся домой Деш с детьми.
"Значит, выходные, - подумал Авдей. - Значит, ничего не делать будет не так скучно. Правда, прошлые выходные прошли даже весело, - Авдею припомнились массовки, что были обиор назад, от чего он даже оживился. - Да и в последнее время мне вообще уже не так скучно стало. У меня тоже появилась как бы работа. Работой, конечно, не назовешь, денег не платят. Но они мне здесь и не нужны".
Майкл и Макар уже давно уговаривали Авдея тоже принять участие в их делах. А они оба делали это умеючи.
- Ты же тоже настоящий, - убеждал Макар.
- Да они тоже настоящие, - парировал Авдей, - только... как бы другой культуры. Ну, как европейцы и азиаты.
- Да это несравнимые вещи! Это как вишня и вишневого цвета мармеладка! Ты не должен спокойно смотреть на то, как они их эксплуатируют и нас пытаются занять тем же!
Но их методика убеждения, напирая и говняя чужую точку зрения, даже при наличии вменяемых аргументов не сработала. Удалось убедить его Эмили.
- Они не умеют жить по-настоящему, - говорила она. - Они не знают всей гаммы чувств, на которые способен человек. У них даже любовь сухая. Причем они ее никак не называют...
"Уж кто-бы говорил", - подумал Майкл, вспомнив, что все время, сколько он ее знает, она всегда была одна.
