Припарка мёртвому полностью

— Вали уже, — отмахнулся орк, бурча под нос, — …он тут нагло умирает, совершенно по-человечески, ничего для этого не сделав, а я, значит, стой и облизывайся. Заколебал.

Ответить тот, кто считал себя Соломоном, не успел. Небытие слишком быстро забрало его, не дав времени даже на полную прочувствованной мудрости последнюю фразу. Справедливости не было даже тут — в душе орка по имени Кирн Джаргак.

Последний понял это особенно остро, вернувшись из недр души в реальность. Система «порадовала» его целым каскадом сообщений.

— Аспект «Затворника» уничтожен! Класс блокирован! Все соответствующие классу приёмы, умения и особенности блокированы!

— Ошибка! Нерасчетное уничтожение вспомогательной матрицы! Запущен протокол компенсации.

— Ошибка! Постоянная «Внутренний Монолит». Копирование матрицы невозможно!

— Поиск решений…

— …

— Решений — 0. Производится вызов Куратора.

— Вызов осуществлен. Добавлено решение.

— Запущен протокол компенсации. Вспомогательная матрица успешно установлена. Сообщение от Куратора «Полагаю, тебе понравится».

— Аспект «Затворника» восстановлен! Класс разблокирован! Все соответствующие классу приёмы, умения и особенности — активны!

В реальности, перед глазами недоуменно моргающей миниатюрной женщины по имени Лилисанна неистово бился в божественных путах пойманный ее компанией орк. Он орал, ругался и богохульствовал, бессильно скрежеща зубами и совершенно не обращая внимания на усилия Творца Боли, прикладывающей все усилия, чтобы выполнить заказ.

Но это безобразное действо было лишь слабым отголоском того, что творилось непосредственно в душе этого самого орка.

— Сволочь! Убью! Найду способ! Я тебе за все отомщу, тварь! Ты от меня никуда не денешься! — бесновалась в чужой душе воскрешенная из небытия суккуба, которой кто-то сменил ее гордое и многобуквенное имя на пошлое «Лариса».

Наверное, это крайне драматично — глубоко в душе искренне взывать к Всевышнему. С надрывом. Весь пафос момента жестко портился двумя небольшими нюансами — во-первых, я сжимал в объятиях неистово брыкающуюся, плюющуюся и кусающуюся суккубу, которая хоть и была демоном, что могло бы придать моменту еще больше набожности, но увы, было и во-вторых…

Взывание я производил исключительно матом, мешая непечатные слова с претензиями.

Да и снаружи, в реальности, рявкать в лицо совершенно ошарашенной Лилисанне фразу «Прекрати маяться дурью! Не работают твои ужимки!» — было совсем неразумным. Извинить меня могло лишь то, что на руках… в руках… в голове, в общем везде имелись основания действовать совершенно неразумно. Как по отношению к всемогущему Куратору, в очередной раз сотворившему нечто не совсем то, что ожидаешь от повелителя всего, так и по отношению к явно могущественной волшебнице, которая умудрилась тебя поймать, несмотря ни на что, и заточить в какую-то непробиваемую ничем капсулу.

Эффекта от моих воплей возмущения от подселенной демоницы не было. Желаемого. Вместо этого возникший из ниоткуда манекен Куратора популярно мне объяснил, в чем затык — как и раньше была виновата моя не совсем удобная с точки зрения мира особенность «Внутренний Монолит». Теперь не сама по себе, а синергировав со «Стоиком». По словам всемудрого робота, у Бесса в случае такой обработки Творцом Боли было три логичных вывода — превозмочь вместе со своей внутренней матрицей, поехать крышей, рассыпавшись как личность (опять-таки вместе), либо, в моем редчайшем случае — банально получить копию. Слепок с самого себя, который бы и заменил несдюжившее «внутреннее я». Система не сумела сделать слепок благодаря моему «Внутреннему Монолиту», позвала босса, тот проанализировал порядок действий, пришел к выводу, что ситуация вновь, как и когда-то, в его ведении, и… банально заткнул дырку самой бесхозной тряпкой. То есть — копией когда-то жившей в моей душе суккубы.