Гости собираются по домам, одеваются в прихожей.
— Я провожу вас немного, — набрасывает на плечи демисезонное пальто Ирина.
У лифта Виктор еще раз достает дозиметр.
— И почему ты меня раньше не позвала? — бормочет он, удивленно глядя на дозиметр, подносит его к Ирине, прибор затрещал. Виктор ведет прибором по пальто к воротнику — бешеный треск, стрелка прибора зашкаливает.
— А это еще что?!.. Это тоже припятское пальто?..
— Нет, я его уже осенью за компенсацию купила...
Виктор измеряет все пальто еще раз — легкий треск, подносит к воротнику — снова бешеный треск, «зашкал».
— Ничего не понимаю, — недоумевает он. — Больше десяти тысяч бета...
— А!.. Я, кажется, поняла... Это или от волос моих, на них тогда больше рентгена было, а постриглась я уже поздней осенью… тогда я в этом пальто ходила... Или же от шапки песцовой... Помните, девчата шапку мою припятскую?.. Я ее выбросила уже зимой, когда другую смогла купить... У меня от нее тоже все лицо чесалось... Так я завернула ее в старую газету и — в мусорку, чтобы какая-нибудь бомжиха не позарилась...
— Вот ты даже бомжей пожалела, — басит Виктор. — А знаешь, как торговали тогда «грязными» вещами?!. Ну, ладно, все!.. Прощайте, девчата, наш этаж чуть ниже, спустимся своим ходом… Пойдем, Лизок!..
На автобусной остановке подруги прощаются с Александром Васильевичем и Ириной. Верочка, обнимая ее, сокрушается:
— Ох, когда теперь увидимся?.. Скажи хоть, где тебя искать?
— Куда ты ложишься?.. Снова в Пущу?.. — уже со ступенек автобуса спрашивает Галя.
— Угу... Только сначала Дениса положу в диспансер... Это ведь рядышком — буду навещать его, — отвечает Ирина, маша им на прощанье.
Александр тоже помахав подругам, берет Ирину за руку, и решительно ведет назад через дорогу. Она немного удивлено, но ласково посмотрев на него, не сопротивляется.
Так за ручку, молча, они возвращаются к Ирине домой. Тихонько входят в квартиру.
— Мам?!.. — слышится из спальни голос Дениса.
Ирина, беззвучно подтолкнув гостя в свою комнату, быстренько заходит к сыну.
— А что гости уже ушли?!. Я тоже хотел их провожать!..
— Ну-ка спать быстренько!.. Ты и так сегодня выбился из режима, — присаживается к нему на кровать Ирина.
— Ма, правда, припятчане теперь — как отдельная нация? — спрашивает он.
— Да, сынок, — механически соглашается Ирина, поправляя одеяло. — Спи!..
— А помнишь, как в Припяти елка новогодняя — перед дворцом культуры — три раза подряд по ночам падала?.. Как будто предупреждала, правда?..
— Правда, — гладит его по голове Ирина.
Лицо мальчика сосредоточено, в глазенках отражена напряженная работа мысли.
— А разбитые игрушки, как разбитые судьбы, — вздыхает он, заключая свои размышления.
Утром Ирина, тихо проводив Александра, заглянула в комнату сына. Он спит. Она идет на кухню. Смотрит в окно, видит на остановке Александра, машущего ей. В ответ Ирина прислоняет раскрытую ладонь к стеклу.
За ее спиной появляется Денис и тоже смотрит в окно. Ирина вздрагивает.
— Мама, а дядя Саша будет моим папой?!.
— Не знаю, сынок…
… Пока Ирина добирается на телевидение, Александр размашистой походкой свободного человека уверенно входит в бюро «Интурист». Игнорируя лифт, он вбегает на третий этаж, входит в одну из комнат.
— Хэлло, Шурик! — приветливо встречает его смазливая девушка-инструктор.
— Привет!.. Вот, — торжественно взмахивает он зелененькой бумажкой, — недостающая валюта!.. Так-то, Ларочка!.. Что там с билетом?..
— Все договорено. Вот с этим, — что-то пишет она, — подойдите к международной кассе… Там сегодня Нинок… Она в курсе...
— Боже мой! — сладко потягивается Александр. — Даже не верится... Уже через неделю по ту сторону границы я навсегда забуду, что был в моей жизни этот совковый кошмар!..
— Я вас поздравляю, — загадочно улыбается инструктор. — Но надеюсь, наши услуги вы там не забудете, — многозначительно добавляет она, протянув ему двумя пальчиками записку для кассира.
Александр, поцеловав ее пальчики, берет записку:
— Что вы, Ларочка, вас я вовек не забуду!..
… А в это время на телевидении известный комментатор объясняет Ирине:
— Я думаю, вам нужно подойти в 9-ю студию… Там сейчас группа чернобыльского марафона снимает какой-то сюжет… А впрочем, — оценил он состояние Ирины, — я проведу вас... Прошу!..
