Когда хозяин гостиницы вышел, Шон Делорм опустился на кровать и уставился на закрытую дверь. Потом посмотрел в окно, за которым на деревенском лугу гулял свежий ветерок, дувший из подернутого туманом леса. Он увидел и жителей деревни, остановившихся, чтобы обменяться новостями. Они махали руками, жестикулировали. Он практически слышал их.
«Громадная», – говорил один, раскидывая в стороны руки.
Другой кивал. И показывал в сторону леса.
Несмотря на свежий, чуть пахнущий сосной воздух, агент КСРБ ощущал зловоние.
– Черт, черт, дерьмо собачье. – Он набрал в грудь воздуха и выдохнул. – Боже мой.
– Так.
Майкл Розенблатт сидел в кровати, прихлебывая кофе, и наблюдал за движением на деревенском лугу.
– Так, так, так.
Он взял свой айфон, потом вспомнил, что в этой забавной деревеньке телефон не работает. И все же это было не самое плохое.
Самое плохое было на языке всех жителей Трех Сосен.
Профессор Розенблатт почти сочувствовал агентам КСРБ. Почти.
Арман Гамаш в халате вышел из ванной с полотенцем в руке, вытирая волосы. Потом остановился. И замер посреди спальни.
Из широко раскрытого окна, колыхнув занавеской, до него донеслось слово «суперорудие».
Он посмотрел на Рейн-Мари, чьи глаза широко раскрылись от удивления.
– Ты слышал, Арман?
Он кивнул, выглянул в окно и увидел двух местных жителей, выгуливающих собак и оживленно беседующих.
Гамаш подумал, что ослышался. Они наверняка сказали «супермен». Или «суперлига».
Один из них показал в направлении леса.
Или «суперорудие».
Клару Морроу разбудил телефонный звонок. Полусонная, она пробормотала в трубку:
– Да?
– Ты слышала? – спросила Мирна.
– Что слышала? Звонок, который меня разбудил?
– Нет, что люди говорят. Давай встретимся в бистро.
– Постой, скажи, о чем речь?
– О суперорудии. Давай не задерживайся.
– Что ты сказала?
Но Мирна уже повесила трубку.
Клара приняла душ и быстро оделась, ее любопытство и воображение подпитывали друг друга. Но как бы ни разгулялось ее воображение, она и представить себе не могла, о чем услышит в бистро.
Изабель Лакост сидела на своей кровати в гостинице и думала о том, что она услышала. И что это значит.
Потом она коротко кивнула и отправилась в ванную принять душ и приготовиться к наступающему дню.
Она предчувствовала, что ей придется заплатить немалую цену.
Рут Зардо услышала осторожный стук в заднюю дверь дома.
Она находилась в кухне. На старой плитке стоял кофе, и она только что доела тост с вареньем.
Стук не испугал ее. Она его ждала. А вот Роза удивленно оторвалась от еды. Впрочем, у уток нередко бывает удивленный вид.
Рут открыла кухонную дверь, кивнула и отступила.
– Ты слышал, Клеман? – спросила она.
– Oui, – ответил месье Беливо. – Все хуже, чем мы опасались.
– Называется оно, конечно, «Проект „Вавилон“». А чего еще можно было ожидать?
– Откуда ты знаешь? – спросил пожилой владелец магазина у поэтессы, которая села за стол. – Никто этого не говорил.
– Прочитала кое в каких бумагах вчера вечером в доме Гамаша.
– Так это ты всем?..
– Рассказала? – спросила она. – Нет, конечно. Мы обещали друг другу, что будем молчать. И потом, мы ничего не знали. Ну почти ничего.
Месье Беливо посмотрел на нее, и она опустила глаза на белую пластиковую столешницу.
– Мы знали достаточно, Рут. Более чем достаточно.
– И с чего бы мне после стольких лет молчания начинать болтать?
– Чтобы отвести подозрения от месье Лепажа. – Клеман сделал паузу и добавил: – Чтобы его защитить.
– Зачем бы я стала это делать? Он мне даже не симпатичен.
– Совсем не обязательно кому-то симпатизировать, чтобы его защищать. Ты думаешь, это сделал он? – спросил месье Беливо.
– Думаю ли я, что Ал Лепаж убил собственного сына? – спросила Рут. – Это было бы ужасно. Но иногда ужасы случаются, верно, Клеман?
– Oui.
Месье Беливо немного помолчал, глядя через кухонную дверь на свежевскопанный прямоугольник земли во дворе. Рут проследила за его взглядом.
– Пьеса Флеминга, – пояснила Рут. – «Она сидела и плакала». Конечно, аллюзия на псалом.
– Вавилон, – кивнул он. – Ты ее закопала?
– Пыталась, но пришел Арман и попросил отдать ему.
– И ты отдала? – Никогда еще месье Беливо не был настолько близок к гневной вспышке.
– У меня не оставалось выбора. Он знал, что рукопись у меня.
Клеман Беливо кивнул и снова посмотрел на черную дыру в ярко-зеленой траве. Мертвое среди живого.
– Он знает?
Рут покачала головой:
– И я ему не скажу. Я сдержу слово.
Хотя Рут знала, что именно из-за слов они и попали в беду.
– «Проект „Вавилон“», – вполголоса произнес месье Беливо. – «Вот час настал, и тьма накрыла свет».
Жан Ги пришел в ресторан гостиницы и увидел Изабель Лакост, которая в одиночестве сидела за большим столом у камина, перечитывая распечатки о Джеральде Булле. Эти сведения обнаружила мадам Гамаш, а Арман Гамаш передал их вчера полицейским.
Габри растопил камин. На деревню опустился осенний туман, сполз с холодных гор и накрыл долину. Дрова сгорят приблизительно через час, а пока веселый огонек согревал душу.
– Salut, – сказал Бовуар, садясь. – Ты слышала? Кто-то сделал утечку о пушке.
