— Марко ваш брат? — зачем то спросила я
— Он тебе нравится, — резко ответил он вопросом, ну точно еврей
— Нет, что Вы, я просто…
— А как мне понимать, то, что с ним ты на ты, а со мной на Вы, выкаешь мне неделю и целую дорогу, чувствую себя дедом, — огненный дракон выпускал дым из ноздрей
— Ну, вы не разрешали переходить на ты
— А разве не ясно, я чуть старше тебя и мы целовались в грязном захолустье, это тебе ни о чем не говорит?
А вот это уже обидно.
— Нет, Армандо, ничего, и мне даже не понравилось.
Отлично, он принял мой вызов. Резко затормозил, включив аваренки и набросился на меня с поцелуем, нет вовсе не страстным, а очень даже болезненным, он откусил мою нижнюю губу до крови, было очень больно, но и приятно, чувства смешались, и я не понимала отстраниться мне или продолжить, через пару секунд он прервал наш поцелуй и протянул мне салфетку. Остаток дороги молчал, довезя меня до дома.
— Завтра я не приеду в офис, завези мне отчеты в конце дня.
Я даже не успела спросить куда завести, как завести, он уже укатил, оставляя дымку пыли. Вечером после работы я собрала все отчеты от разных заведений и последовала за водителем, он открыл мне заднюю дверь и тронулся с места. Мы ехали к жилым домам, доехали до 3 этажной виллы, вход был с огромными арками, после начинались фонтаны и длинная аллея до самого дома. Я как родственница из деревни просто давилась слюной, такой роскоши даже на рублёвке не встретишь.
Строгая женщина в униформе проводила меня до кабинета, который находился на первом этаже, роскошь изнутри просто ослепляла картины и статуи великих мастеров и художников, огромное и просторное фойе, светлое и обделанное мрамором. Я, оглядываясь по сторонам, пока не дошла до кабинета.
— Ждите здесь, — услышала я за спиной. Женщина вышла и захлопнула за мной дверь.
Я простояла в кабинете 10 минут, Армандо не пришел, потом 20 его все не было, наконец, просидев в кабинете целый час, я решила выйти на хохочущие голоса. Издали были слышны голоса женщин, которые хохотали и громко переговаривались меж собой. Я вышла из кабинета и направилась в сторону голос, я прошла по длинному коридору длиннее чем у нас в офисе, а офис у нас не маленький, я дошла до приоткрытой двери, слегка натолкнула и увидела огромную комнату, повсюду мягкие пуфики и подушки, огромный экран как в кинотеатре и девушки, их было трое, они расхаживали полуголые у одной вообще была голая грудь. Они напоминали солисток группы виа-гра блодни, рыжая и брюнетка, такие формы и лица даже на глянцевых обложках не увидишь, красивые мягко сказано, я ошеломлённо подсматривала за ними они спорили и не могли выбрать фильм. Вдруг тяжелая рука упала мне на плечо, вторая закрыла мне рок и оттащила от двери. Дверь захлопнулась, и меня припечатали к стене. От страха я зажмурилась, но инстинктивно открыла глаза и увидела полыхающий взгляд Армандо.
— Сказали же не выходить из кабинета, — прохрипел он, голос был разъярённым, я задрожала всем телом, меня буквально трясло, — успокойся.
Бросил он мне и, убрав руку ото рта потащил за руку за собой обратно в кабинет. Оказавшись внутри он набросился на меня.
— Ты чего там забыла?
— Я, просто ждала вас, ждала, мне стало скучно и вышла на голоса, — ответила я, не понимая еще до конца, что это было.
— Больше не смей ослушиваться моих приказов.
— Но это не ваш приказ, мне та Мэри Попинс сказала, — оправдывалась я.
— Она моя правая рука в этом доме, и без моего согласия даже слова не вымолвит, она передала мой приказ.
— Я вам не рабыня, что бы выполнять ваши приказы, то есть ты, — пыхтела я словно паровоз
— Как же с тобой сложно, М-и-я.
— А я и не просила брать меня к себе, отпустите мне не приятно находиться в доме в месте с порно студией по соседству.
Я скрестила руки, ревность набирала обороты, теперь я окончательно поняла, что это были его жены или девушки, не важно, мы в Абу-Даби, и они живут тут по закону многоженства. Он живет с ними с тремя женщинами под одной крышей, извращенец, а целует меня, как же мне противно стало, я хотела реветь и бежать, а еще блевать. Мне стало противно даже воспоминание о вчерашних поцелуях. Я почувствовала себя одной из них, очередной любовницей, которую трахают на равно со всеми, а может и вовсе все вместе.
— Пустите меня, пожалуйста, — взмолилась я, голос охрип, и я еле сдерживала слезы.
— Мия, — совсем иначе произнес он мое имя, впервые, он называл меня так ласково и нежно, — я бы не хотел, чтоб ты все это видела.
— Но, увы, уже поздно, — слезы вырвались наружу
— Диабло, — прокричал он и сжал меня в крепких объятиях.
— Пустите меня, пожалуйста, я никому не скажу, — я заливалась слезами.
Он тихо рассмеялся.
— Маленькая несносная дикарка, — прошептал он мне на ухо, — мне плевать, кто узнает, для меня было важно твое неведение.
— Почему? Чтоб брать меня, когда вам удобно и обманывать? — я в конец заревела, зарывшись к нему в грудь
Он ласкал мои длинные волосы, наматывая на пальцы мои локоны.
— Ступай домой, тебе надо успокоиться.
