— Все, понял, могила, ты не против, если рыжая и блонди поедут сегодня со мной, намечается автепати.
Алан был смышленым малым и сразу уловил мысль, что тема Мии закрыта.
— Бери хоть всех в этом клубе, только скажи мне, а где твои девочки? — я бросил лукавый взгляд на него, раньше он не путешествовал без своих девчонок, а их было не мало, мини-армия в бикини, вечно сопровождала его.
— Надоели, одни и те же лица, тела…уже не интересно, хочу новеньких, свеженьких.
— Похотливый сукин сын, — я потеребил его по волосам как маленького.
— Ты портишь мой авторитет, прекрати, — расфуфырился Алан.
Чую сученыш умалчивает о правде, дело в другом, но он настырно молчит, значит пока не готов делиться этим, пусть созреет, не буду настаивать, но надеюсь, причина не в девушке и любви к ней, не хочу, чтоб ему так же сломали сердце, как и мне когда-то.
Курьер заносил домой чемоданы, огромные и набитые до упора.
— Ми? Что за шопинг-апокалипсис? — сестра приехала на чай.
Увидав брендовые платья и дорогущие украшения она ехидно взглянула на меня, как бы читая то, что я так трепетно прятала от всех и начала рыться, примеряя к себе.
— А можно я одолжу парочку? — она кривлялась у зеркала с моей одеждой.
На меня нахлынули воспоминания об Армандо и тех безумных 2 месяцах. Шикарный секс, богатая жизнь, пафосные вечеринки, прогулки на яхте, все как в лучших традициях из жизни шейхов.
— Можно, но украшения не бери, — я намеревалась отправить их обратно, ведь некоторые стоили очень дорого и принять их я не могла.
— Колись систер, подцепила богатого папика и отжигала с ним, а родокам наврала о потерянном паспорте, признаюсь теперь ты мой кумир.
Сестра была в своем репертуаре, для нее не важна сам цель, лишь способы ее достижения, и плевать, что ее младшая сестра может, кувыркаясь со стариком в чужой стране, главное отхватила годовой запас одежды и дорогих украшений.
— Похвально, — продолжала она открывая ювелирные коробки, — надеюсь ты не порвала все связи с ним не получив предложения руки и сердца?
Вот кто у нас эксперт в области отношений, она знала мой нрав и то, как я свято верю в любовь до гроба.
— Глупости, я получала высокую зарплату и …
— Бла-бла-бла, Олька мне рассказала, что тобой заинтересовался ее шеф, думаешь, я не понимала, что вся история с паспортом сказка для отца и мамы, но я прикрывала тебя, думая что, наконец, то, не совсем ты безнадежна, хоть отскребла по полной у этого араба
— Он не араб и я ничего не скребла, — я зло отобрала у нее все из рук и начала запихивать обратно в чемоданы.
— Миячок, хватить дуться, все мужики козлы, даже мой муженёк, можешь, используй, нет, вали от него, хватить сидеть в комнате и накручивать себя, мама говорит ты после приезда сама не своя, ты что влюбилась?
— Не знаю, — буркнула я под нос
— Зря, любовью сыт не будешь, ну отнесись к этому как к приключению, посмотри на это колье, — она открыла то с изумрудами, которое я одевала на вечер с Марко и Тиффани, — да оно стоит целое состояние, давай продадим и купим тебе машину, отцу я сама все объясню, скажу, что мы помогли тебе с ипотекой, а?
— Не надо, я хочу все вернуть, — я опять отобрала вещь
— Дура ты Мия, полная дура, хоть трахал он тебя хорошо? — я набросилась на нее и начала хлестать платьем, — ай, ай, безумная, остановись, идиотка, — кричала она.
Я прогнала ее из комнаты и осталась с этой грудой одежды наедине. Некоторые платье пахли. Достала золотистую тунику, врываясь носом в нее, вспомнила, как Армандо брал меня в бассейне, приказав охране отвернуться, их присутствие меня смущало, но я не могла сдерживать свои пошлые стоны, он был груб, и каждый толчок вызывал во мне взрыв, после он накинул на меня лишь эту тунику и отнёс в спальню на руках. Следующее черное платье футляр напомнило о сексе в лифте, когда мы поднимались в ресторан, он остановил лифт и отымел быстро и дерзко, весь вечер я пахла его спермой, а его это заводило еще больше и он трахнул меня еще раз в лифте на обратном пути. Рубаха, в которой я расхаживала дома, пахла сексом, потому что в ней мы занимались сексом на всех плоскостях в доме, на рабочем столе, на обеденном столе, на стуле, на комоде, на журнальчике, он всегда ставил меня раком и долбился в меня до потери моего сознания. Я текла как сучка, вечно возбужденная, оттраханая и довольная. По телу разбежалось возбуждение, и я протянула пальцы в трусики, но отдернула себя, нет, я не буду мастурбировать, представляя его.
На рабочем месте ничего нового, лишь груда бумаг и недоделанных отчетов.
— Ты как? — спрашивала меня Галька, но я всегда отмахивалась, показывая, что все уже в прошлом.
Ведь за 2 месяца у нас кроме секса ничего и не было, он не открывал мне душу, так пару раз рассказывал о себе, делился чем-то, но я даже не знала чем он занимается, ведь знала, что у него какой то нелегальный бизнес и все эти развлекательные центры лишь прикрытие. Он точно не был белым и пушистым, связанный с криминалом человек, в доме везде было оружие, я к нему привыкла, но не позволяла себе интересоваться.
