— Тебе очень идет, — шепнул он мне на ухо.
Эти слова меня окрылили, похоже, все небезнадежно.
Мы проводили наших гостей домой. Без Тиффани мне стало скучно, она заполняла мое одиночество днем, ведь весь день я была одна в доме с кучей прислуги, которая начала мне надоедать. Я была очень буйной характером и эта пассивная жизнь начала приедаться, и я все искала себе занятие.
— Моя, загляни ко мне в кабинет и принеси мне бумаги со стола, если их там не будет то первый ящик слева, отдай водителю пусть привезет ко мне, — сказал Армандо по телефону.
Я направилась в его кабинет, где я очень редко бывала, потому что там было мрачно и хмуро, как в логове бэтмена. На столе ничего не было и я, забыв с какой стороны ящик начала, открывать все подряд, но вместо документов я обнаружила паспорт, не поверите, но свой. С начала я как глупенькая подумала, что это мой новенький, Армандо забыл мне о нем сказать взял в посольстве, но пролистав, убедилась, что да я полная дура, это был мой потерянный паспорт. Ноги подкосились, и я упала в кресло. Откуда он у него, почему он молчал, как, сколько, когда, рой вопросов и не одного нормального ответа. Единственное верное решение это поехать к нему и поговорить с глазу на глаз, отрубить с концами. До вечера и его приезда я не дотяну, скорее сдохну. Я побежала к водителю, который уже ожидал меня. Я села на задние сидение и приказала меня отвезти к нему.
— Но Господин Пэрес не давал такого распоряжения, было велено привезти только бумаги.
— Ты сомневаешься, что я говорю правду? Если хочешь, можем проверить и позвонить ему сейчас же, — я театрально взяла телефон.
— Нет, Госпожа, поехали.
Ну, а как же, работы лишатся, никто не хотел, но после этого придется хорошенько попросить Армандо не увольнять бедного. Мы подъехали не к офису, а к дому. Довольно красивому, не такому шикарному как наш, но очень даже просторному. Я не высказала удивления, а уверено вышла из авто идя так, как будто знаю куда идти. Ну, дверь и вход в дом был один, поэтому направилась туда. В доме звучала восточная мелодия, и слух пронзил хохот девиц, как тогда. Я замедлила шаг, опять приняв роль шпиона, тихо подкралась к арке, откуда открывалась картина, от который на глаза сразу накатили слезы. Это была круглая гостевая с дивана и подушками, огромный кальян по середине, много фруктов в вазах. Армандо сидел в позе султана в расстёгнутой рубашке и весь измазанный в женской помаде, следы уходили даже под штаны, до самой полоски внизу торса. Перед ним сидел незнакомый мне мужчина, со спины он был огромен, широкоплечий и черноволосый, все, что мне удалось разглядеть. По комнате расхаживали те девицы, которых я никогда и не с кем не спутаю, виа гра. Блонди вообще была голой, даже без трусов только в ярко красной помаде, аж противно, вульгарщина. Те две не отставали со своими откровенно прозрачными нарядами в восточном стиле, она то танцевали, касаясь мужчин, ласкались, рядом извиваясь словно кошки, нагло засовывали мужские руки себе в трусы, слегка мастурбируя. Мужчины были увлечены разговором, но Армандо между разговоров одаривал девушек вниманием, тиская и шлепая их, так же помогая с мастурбацией.
Еще пару минут наблюдений и меня почти не вывернула наизнанку прямо здесь. Оставаться в стороне я была не намерена. На мне были легкие штаны и футболка. Я тут же сложила их, превращая в шорты, сняла лифчик, а из майки сделала микро-топик, который еле прикрывал мои соски, распустила волосы. Отыскала стоявшую рядом вазу и, взяв ее в руки вошла, внутрь пританцовывая и выполняя сексуальные движения. Глаза Пэреса полезли на лоб, он стиснул челюсти. Его собеседник повернулся на его взгляд и одарил меня пошлым взглядом. Собеседник был красив, голубоглазый брюнет, с мальчишеским лицом, но взглядом охотника, небрежная щетина и маленький аккуратный нос. Увидев меня он полностью откинулся на диване, как бы призывая меня к себе. Армандо смотрел только на меня, отталкивая девицу рядом, которая уже клевала ему в ширинку пытаясь ее расстегнуть. Девушки тоже застыли в ожидании, не зная, как быть. Я дотанцевала до середины к кальяну, резко швырнула вазу об стену, ногой пнула кальян, уголь рассыпался по дорогому ковру в мог, оставляя следы поджога, ковер был испорчен. Армандо резко вскочил на ноги и оказался в 5 сантиметрах от меня.
— Не смей ко мне подходить Пэрес, — я протянула перочинный ножик, который достала из вазы с фруктами.
— Что ты творишь? — глаза полностью залились кровью, вены на лбу выступили, зверь был в ярости.
— Ничего особенного, пришла попрощаться с тобой и с твоими шлюхами, — свободной рукой достала паспорт тряся перед ним, — и самое главное сказать, как я тебя ненавижу, — я буквально выплюнула себе под ноги.
После выбежала из горячей точки светя пятками.
— Какая горячая? Твоя? — услышала я вслед восхищенный голос собеседника.
