Вангорич глянул вправо, на самого Ластана, стоявшего в паре метров от ассасина. Ничем не украшенный силовой доспех Веритуса скрывала тень исполинской арки. Его лицо освещали снизу лампы, встроенные в горжет, отчего старик казался еще более изможденным и безжалостным. Крайне внушительный образ; Дракан на всякий случай сохранил его в памяти. Великий магистр поверить не мог, что Ластан явился на первое для себя заседание Сенаторума в полных латах, однако на других сановников это явно произвело впечатление. Уже тогда, тщательно поразмыслив, Вангорич решил, что броня не только защищает инквизитора, но и содержит систему жизнеобеспечения. Дракан немедленно велел проверить, способен ли вообще Веритус снять ее.
Какофония барабанного боя, трубного рева и пения достигла крещендо, что заставило ассасина посмотреть вдоль дороги Преторианцев на парные посадочные мачты Восточных врат. Штурмкатер адмирала, все так же чудесно сияющий, опустился на верхнюю из двух платформ. С расстояния более чем километр Вангорич лишь в общих чертах разглядел, как маленькая фигурка Лансунга выходит из челнока и садится в наземный скиммер-кабриолет.
Единственные вести о деяниях адмирала достигли Терры два дня назад. Получилось так, что его флагман прибыл в столицу Империума чуть ли не раньше астропатических посланий. В краткой реляции говорилось лишь об успехе операции Лансунга возле Порт-Санктуса — и ни о чем более. Ни отчета о потерях, ни анализа конкретных достижений. Впрочем, флотоводец наверняка добился чего-то серьезного, одержал настоящую победу — иначе он не стал бы доставлять новости лично. Выступления верховного лорда-адмирала с волнением ждали все сановники, за исключением Веритуса. Представитель Инквизиции не появлялся на последних заседаниях, посвященных обсуждению новостей и подготовке к грядущим празднествам. Дракан, обязанный присутствовать, завидовал ему.
Но, как ни радовались сенаторы добрым вестям с фронта, общий настрой был тревожным. Никто не сомневался, что после возвращения Лансунг вступит в противоборство с Веритусом. Даже лорд-командующий и экклезиарх, два самых могущественных человека в Сенаторуме, понимали: им придется выбрать сторону. Остальная мелкая рыбешка словно бы оказалась в пруду, где вот-вот начнется поединок между акулой и морским змеем. Никому не хотелось, чтобы его проглотили по ошибке.
Кортеж лорда-адмирала въехал на дорогу Преторианцев. Ополченцы и Черные Люциферы присоединились к процессии, музыканты по-прежнему играли хвалебные гимны. Разобрав мотив «Славы Спасителю», Вангорич презрительно усмехнулся такому возвеличиванию Лансунг а. В последний раз марш исполняли для первого лорда-командующего — Робаута Жиллимана.
Парадное шествие продолжалось, пока не стихли последние отзвуки барабанного боя и жизнеутверждающих аккордов. Именно в этот идеально выверенный момент адмиральский скиммер замер у подножия временной трибуны, возведенной метрах в тридцати от входа в комплекс Сенаторума. Воцарилась тишина, нарушаемая только свистом ветра и хлопаньем знамен. Все взгляды обратились к грузному флотоводцу, который вылезал из парящего транспорта. Лансунг с удивительной прыткостью поднялся по ступеням — корабельный режим помог ему сбросить часть лишнего веса. Почетный караул выстроился перед подиумом черно-синими рядами.
— С огромным удовольствием и неизмеримой гордостью я обращаюсь к вам, — начал лорд-адмирал. Его голос доносился из десятков вокс-динамиков, расставленных вдоль дороги Преторианцев и внутри стрельницы. — Славные бойцы, дамы и господа сенаторы, я принес вести, которые обрадуют всех жителей Империума. Орочью угрозу, эту тьму, что в последние месяцы терзала наши миры и наших людей, можно одолеть!
Черные Люциферы и ополченцы разразились восторженными криками. Верховные лорды безмолвствовали — им требовалось нечто большее, чем красноречивые фразы. Почувствовав, что Лансунг обращается скорее к воинам, чем к сановникам, Дракан разгадал его намерения. Флотоводец умышленно отстранялся от Сенаторума, его послание предназначалось командирам полков, адмиралам и прочим старшим офицерам. Он прямо говорил с бойцами Астра Милитарум и Космофлота, не как Верховный лорд — неэффективный, привилегированный бюрократ, — а как один из них, бойцов, рискующих жизнью за Императора и Империум.
Вытолкнув Лансунга на передовую, Вангорич уменьшил его влияние на Сенаторум, но невольно помог упрочить позицию в вооруженных силах, которые тот стремился контролировать.
