Чуть ниже пупка словно дернуло и перевернуло меня вверх тормашками. Хотя, вернее было бы сказать, что перевернуло все вокруг, ведь я продолжала твердо стоять на ногах. Кажется.
Однако волосы у меня все же забавно вздыбились, а космы Диона так и вообще выглядели словно пучок болотной травы.
«Словно живые» — отметила я, как волосы нимфы безмятежно раскачиваются из стороны в сторону, будто трава в поле ветром колышется.
Профессор вновь мягко засмеялась, а нам не до смеха было. Страшно висеть вот так и глядеть в темнеющую с каждой секундой бездну воды. У меня даже появилось стойкое ощущение, как к голове начинает приливать кровь. Страх совсем сковал тело, но сделать шаг поближе к Диону, и оторвать при этом хотя бы одну ступню от поверхности стола было еще страшнее.
Будто чуя мою дрожь, нимфа дотянулся рукой до моего плеча.
Снова хлопок, и на этот раз я уже была готова вовсю глотку драть, но Мирона наконец сжалилась над нами и вернула все как было. Лишь вода продолжала плескаться на потолке, будто закиселевшее небо.
Легкий взмах тонкой женской руки заставил воду завихрится, зашипеть. Вместо волн теперь над нами кружили клубы пара, в конце концов разразившиеся дождем, словно в назидание.
Раздался изумленный вздох, ведь капли искрились серебром и, не касаясь пола, растворялись прямо в воздухе, как по волшебству. Хотя, почему как? Это и было истинное волшебство.
— Вы все еще желаете уйти? — вернулась за преподавательский стол профессор Эстрель.
Бунтовщики как один качали головами и возвращались на свои места. Даже Аден выглядел ошарашенным.
— Я рада, что вы передумали, — улыбнулась женщина, провожая ребят взглядом. — Ведь я и правда хочу научить вас чему-то поистине удивительному. А иначе, — развела она руками, — зачем же я здесь? Будете стараться и сможете иллюзировать даже лучше, чем я.
Студенты усаживались на свои места, возбужденно галдя. Удивительно, но все вокруг было сухим. Будто бы стены этой аудитории магического потопа отродясь не знали.
— К сожалению, профессор, — выскочка Габриэль не преминула вставить свои пять копеек, — я не уверена, что это возможно. Определенные правила устава академии не позволяют развернуться, с позволения сказать, талантам некоторых народов в полную силу.
Я уставилась на блондинку. К чему она клонит, было и без уточнений понятно. Кровопитие в академии наверняка было запрещено, а ведь сила Воинов Ночи именно в этом. Так говорил Велор.
Аден нервно дернул плечом, а я с удивлением для себя отметила, что курчавый в большей степени расстроен, чем разозлен.
— Хм, — задумчиво склонила голову Мирона Эстрель. — Я преподаю в академии источника всего тридцать лет, но поверьте мне, и среди представителей Воинов Ночи порой выявлялись истинные, сильные маги.
— Но разве не кровавые ритуалы позволяют им использовать магию? — все не унималась Белоснежка.
— Кровоиспитие повышает их способности, это верно, — согласилась профессор. — Однако полная невозможность колдовать без крови лишь миф. Он насажден ленью и нежеланием прилежно заниматься, ведь Воины Ночи в состоянии насыщения способны и самой простой огненной руной опалить окрестности в пару километров!
Я поежилась. Повезло мне, что Аден и его друзья голодны. Иначе, я бы здесь не сидела, наверное.
— Но мы ведь здесь не для того, чтобы отвергать возможность чему-нибудь научиться, правда? — обратилась тем временем эльфийка к Адену.
Тот отрывисто кивнул. Кивнула и еще пара тройка ребят.
— Магия может потребовать от вас куда больше сил, а порой и не дюжее умение, — внимательно поглядела Мирона прямо в карие глаза молодого «темного». — Но запомните. Ваш народ обладает точно таким же потенциалом, что и любой другой, населяющий Иппор. Нужно лишь раскрыть его, проявив чуть больше прилежания. Только и всего.
После обеда мы с Дионом, преисполненные счастья, уже направились в сторону общежитий, как совершенно случайно вспомнили, что нас ждет Торил Суман, специалист по зельеварению. Нужно было перенести высаженную на прошлом занятии зеленицу снежную с четвертого этажа в холод подвальных помещений.
— Сейчас проверим, кто и как справился с заданием, — отворял дверь кабинета старец в тоге.
Пол в углу аудитории был сплошь уставлен горшками с зеленицей. Студенты тут же ринулись отыскивать свою рассаду.
— Вот черт, — выругалась я, глядя в безжизненно засохшую землю в своем глиняном горшке.
Похоже, я все-таки сделала что-то не так, и зеленица отказалась прорости. Зато в дионовом горшке сидел целый кустик с забавными мохнатыми листочками.
— Так, так, — бродил между рядами профессор. — мисс Валетти, просто замечательно! — воскликнул Торил Суман, подойдя к столу моей соседки по комнате.
Девушка заалела от похвалы, а я завистливо покосилась на нимфу. Везет же кому-то со способностями.
Дрожь в руках только усилилась, едва я с ужасом поняла, что семечко проросло у всех! И когда профессор Суман добрался до нашего с Дионом стола, по спине у меня волнами бежвл противный жар: предвестник стыда.
