– Это здесь, – прошептал он, склонив голову. Я проследила за его взглядом и увидела дверь. Ее деревянная поверхность была украшена орнаментом. Огромное дерево с бесчисленными ветвями, которые тянулись вверх и в стороны, напоминая многорукую богиню. Деймон находился там, я это чувствовала.
– Что будем… – начала я.
Дверь открылась. Лори толкнул меня в укрытие и прижал палец к губам. Мы осторожно выглянули из-за угла. Казалось, что мое сердце сейчас взорвется. В коридор вышел высокий фейри.
Я подумала, что, вероятно, вижу того, кто виноват в исчезновении Деймона.
У него были золотистые волосы, спадающие до пояса. Будь он человеком, я бы сказала, ему за двадцать пять. Одет элегантно и старомодно, в узкие штаны, свободную белую рубашку, темный плащ и блестящие черные сапоги. В вырезе ворота виднелась фарфорово-белая кожа. В одной руке с длинными, ухоженными ногтями он сжимал странного вида трость.
– До вечера, – донесся до нас его голос. Эти слова, без сомнения, содержали сексуальный намек. Он говорил холодно и отчужденно. Я хотела рвануться к нему, но Лори удержал меня за плечи. Вот это хватка. Я открыла рот, чтобы закричать, но фейри быстро закрыл его ладонью. Его кожу закрывал рукав рубашки, так что я не могла воспользоваться своей силой.
Не подозревая о молчаливой борьбе, которая шла всего в нескольких метрах от него, фейри ушел. Теперь в дверном проеме стоял человек. Я замерла. Из груди вырвался заглушенный звук, что-то среднее между хрипом и вздохом. Лори медленно ослабил хватку, но я даже не заметила этого.
Впервые за последние два года я увидела брата. Он не замечал нас. Его испуганный взгляд оставался прикованным к мрачному коридору, по которому удалялся фейри. В последнюю нашу встречу Деймону было девятнадцать. Сейчас, в двадцать один, он стал очень похож на нашего отца – даже своими крупными ушами. Не хватало только очков. Песочного цвета волосы отросли, адамово яблоко начало выделяться сильнее. Уверена, что, даже не будь он так истощен, он был бы таким же нескладным, как отец.
– Рано, – прошипел Лори. Но я ждала два года и не собиралась медлить больше ни секунды. Я вышла из-за угла, едва дыша. Вздрогнув, Деймон перевел взгляд на меня.
На секунду повисла тишина. Мы с Деймоном смотрели друг на друга. Мое сердце билось так сильно, будто вот-вот сломает грудную клетку. Я надеялась увидеть на лице Деймона недоверие или радость. Ожидала, что он позовет меня по имени и бросится ко мне, раскрыв объятия.
Вместо этого брат закричал.
Звук был таким пронзительным, что казалось, воздух распадается на осколки. Я запаниковала – тот фейри не мог не услышать этот крик. Деймон, все еще крича, упал на колени, и я поспешила к нему. Брат отпрянул от меня, а я опустилась рядом и обвила его руками. Сопротивляясь какое-то время, он выбился из сил и наконец замолчал. Его била крупная дрожь. Я укачивала его в объятиях, издавая бессмысленные успокаивающие звуки, как делала с Сайрусом. Заметила, что Лори что-то сказал – может, предупреждая. Но это неважно.
– Ох, Деймон, – прошептала я. Он всегда был худым, но человек, которого я держала в моих руках, был настолько истощен, что казалось, его может сдуть ветер. Я оглядела коридор, опасаясь, что фейри возвращается. Но он, судя по всему, ничего не услышал.
– Делай со мной, что хочешь, – простонал Деймон. По его щекам текли слезы, оставляя мокрые дорожки. Одна слезинка упала на мою юбку и повисла на паутинке. – Питайся моей болью. Купайся в ней. Я твой. Хочешь, чтобы я умолял? Этого тебе хочется?
Каждое слово резало больнее кинжала. Я отодвинулась, чтобы Деймон мог меня разглядеть, проклиная Лори за нелепый макияж, и коснулась влажной щеки брата. Мягко заговорила:
– Его тут нет, Деймон. Здесь только я. Я настоящая.
Так же быстро, как ранее отчаяние, его охватил гнев. Деймон вцепился в мои плечи. Он оказался сильнее, чем выглядел, и я впечаталась спиной в стену и поморщилась.
– Так докажи! – выплюнул он. – Докажи, что ты не очередной фокус или иллюзия. Что я не схожу с ума.
Его узкая грудь ходила ходуном. Впервые в жизни я поняла, что не знаю, на что способен брат. Два года заключения изменили бы любого. Два года переживать такое… Глупо было бы думать, что он легко поверит и будет рад меня видеть.
Надеясь, что Лори что-то подскажет, я огляделась вокруг. Никого. Значит, я сама по себе. Ладно. Что бы убедило меня, что давно потерянный брат настоящий, если бы я оказалась на месте Деймона?
Ничего. Абсолютно ничего. Поэтому я и ненавидела фейри. Родители учили нас принимать всех живых существ, но что бы они сказали сейчас. Мои руки сжались в кулаки, и я с трудом подавила бурю гнева, поднимающуюся внутри. Деймон важнее, и ради него мне нужно собраться. Мы становились легкой добычей, сидя посреди коридора.
– Он внушал тебе что-то? Показывал ужасные вещи? – спокойно спросила я.
Деймон держался одной рукой за дверь, будто собирался скользнуть внутрь. В неверном свете его глаза казались бездонными.
