Я замерла при виде него. Сердце понеслось вскачь. Как много он успел увидеть? Насколько очевидными были мои мысли, пока я стояла над Коллифом? Слава богу, что не достала осколок. «Скажи что-нибудь, Фортуна!» – кричали инстинкты. Изображая равнодушие, спросила:
– Что тут произошло? Где стражи?
– Так обычно заканчивается Олорель – не салютом, а общим сном, – Лори едва уловимо пожал плечами. – Что до стражей, я не уверен. Может, Коллиф их отослал.
– Что? Почему он так поступил?
Лори не ответил. Моя интуиция визжала, как датчик задымления. Он изменился. Кажется, с каждой нашей встречей с Лори спадала маска, открывая что-то новое.
Теперь под маской обнаружился фейри. В какой-то момент я перестала видеть в нем такового. И это стало моей первой ошибкой. Футболка и джинсы сменились серым костюмом. Рубашка на пуговицах была белой, как новая, продуманно обнажая кусочек гладкой, золотистой кожи.
– Не люблю игры, Лори, – сообщила я в надежде, что он не заметил, как мой взгляд метнулся к расстегнутым пуговицам. Это было предупреждением. После убийства Левиафана я ожесточилась. Или сломалась.
Услышав это, Лори приподнял светлые брови.
– Тогда зачем ты в них играешь?
Понимая, что позади нас сидит Коллиф, я пошла прочь от возвышения. Лори следовал за мной, сунув руки в карманы, будто ему все равно. Я заметила, что на нем дорогие кожаные ботинки. Кто же он такой? Вероятно, забитый слуга – это притворство.
– Я делаю это ради Деймона, – прошипела я.
– Неужели?
Он говорил вежливо, заинтересованно, но я чувствовала в его голосе вызов. Мое терпение заканчивалось.
– Это еще что значит? – рявкнула я, забыв, что нас окружают десятки спящих чудовищ. Я бросила взгляд на ближайшего фейри. Он даже не пошевелился.
Лори, кажется, не волновался. Не переставая смотреть на меня, он сказал:
– Нам лучше прекратить отвечать вопросами на вопрос. Это все усложняет. Хотя я только рад продлить наш разговор.
«Он флиртует со мной», – подумала я. На этот раз ошибки быть не могло. А как же его преданность Коллифу?
Внезапно поняла, что не имею понятия об истинных мотивах Лори. Он клялся в верности Коллифу в день нашей встречи, но тогда я не знала, что фейри могут лгать. А мне так отчаянно был нужен союзник. Но если Лори не служит Коллифу, зачем он помогал мне все это время? И почему говорит со мной сейчас?
Он любит игры. Ладно, поиграем.
– Что ж, у тебя определенно есть предположение, – наконец сказала я.
Прежде чем Лори успел ответить, я направилась к дальнему выходу, осторожно перешагивая через тела и мусор. Не оглядывалась, чтобы убедиться, следует ли Лори за мной, но пыталась различить сквозь храп фейри звук его шагов.
Добравшись до выхода, не увидела ни Уны, ни ее напарника. Что ж, будем надеяться, что Лори клюнул, потому что иначе я потеряюсь в этих переходах. Я сглотнула комок в горле и направилась в темноту.
Несколько первых развилок и поворотов дались мне легко. Но оказавшись в сердце лабиринта, начала сомневаться. Большинство дверей не украшала резьба, так что отличить коридоры друг от друга было сложно. Но не успела разнервничаться, как Лори оказался за моей спиной. Как всегда, его появление было внезапным и бесшумным.
Я с трудом сдержала вздох облегчения. Нельзя дать ему ощутить преимущество. Мое лицо превратилось в бесстрастную маску. И лишь в этот момент ощутила его руку, покачивающуюся в опасной близости от моей.
Как же я раньше не поняла, что Лори ни разу ко мне не прикасался? Даже когда делал мне макияж. Он наверняка знал, что я Мара – иначе не старался бы так избегать физического контакта. Какие тайны кроются под его кожей? Какие страхи он может мне показать?
Подумав об этом, я увеличила дистанцию. Слишком рискованно было бы сейчас злить Лори. Он мне нужен.
Минуту или две мы шагали молча. Лори показывал дорогу, не вынуждая меня об этом просить. Теперь я знала больше о загадочных фейри, но заговаривать первой мне не хотелось. Давно поняла, что большинство людей чувствует себя неуютно в тишине, и можно многое понять по словам, которые они выбирают, чтобы ее нарушить.
«Да, только это касается людей», – подумала я.
Но прежде чем смогла придумать контраргумент – отлично, теперь спорю сама с собой! – голос Лори нарушил тишину.
– Много лет назад я был наркоманом, – сказал он равнодушно, будто говорил о ком-то другом. Если появлялось хоть что-то новое, неважно, насколько малоизученное, я был в первых рядах, чтобы попробовать. Человек давно умер бы, если бы так жил.
Я притворилась незаинтересованной, надеясь, что это заставит его сказать больше.
– Очень увлекательно. До конца истории еще далеко?
– Один наркотик оказался сильнее остальных, – продолжал он, игнорируя мою реплику, как это часто делал Коллиф. – Меня до сих пор к нему тянет, даже после реабилитации и посещения множества встреч.
