– Я убила нас РѕР±РѕРёС…. Другого выхода не было. – Джоанна сидела тихо, СЃРјРёСЂСЏСЏСЃСЊ с последними минутами жизни Тимоти Кида, переживая РёС… вместе с ним. Еще какое-то время она могла дышать, жить.Чем больше Р
Большое спасибо Диане Бёрк, талантливому исследователю, за ее громадную техническую поддержку; Биллу Ламберту из Аризоны, страстному поклоннику огнестрельного оружия; Ричарду Хьюзу – за особое понимание психических расстройств; сотрудникам американских радиостанций; гостинице «Челси»; Институту огнестрельного оружия ФБР и отдельное спасибо Федеральному бюро расследований: там работают отличные парни. Я ни разу не получала от них гневных писем за то, как с ними обходилась в своих предыдущих романах. На этот раз, справедливости ради, мишенью своих насмешек я выбрала СМИ и Американский союз гражданских свобод. Будучи почетным членом Союза, я сочту за честь получить от них гневное письмо. Однако я рассчитываю на их понимание обличительной сатиры.
Книга посвящается всем испытавшим боль душевную и физическую, полицейским и простым людям, а также тем, кто приехал издалека, чтобы помочь нам. Хотя Нью-Йорк постоянно находится в центре моих романов, события 11 сентября 2001 года не упоминаются на этих страницах даже косвенно. Некоторым читателям это покажется странным, ведь катастрофа изменила лицо города… Но едва ли требуется то и дело возвращаться к трагедии, живущей в наших сердцах. Жители Нью-Йорка до сих пор поднимают глаза к небу, когда слышат рев летящего самолета, но потом шагают дальше по своим делам. Жизнь продолжается. Нью-Йорк – сильный город, и его невозможно сломить.
Джоанна слышала, как кот отчаянно колотит лапами по двери ванной изнутри. Он кричал и плакал, как человек, словно был ужасно напуган. Или просто голоден? Джоанна помнила, что кормила его, но когда? Неважно. Крики животного понемногу утихали, словно передняя в гостиничном номере, где находилась Джоанна, оторвалась от земли и поплыла в небо.
Время? Время потеряло всякое значение.
Целый день Джоанна, завернувшись в халат, просидела на кромке деревянного стула, как на жердочке. За окном незаметно садилось солнце, день подходил к концу. В комнате удлинились тени; ее силуэт на стене, следуя за солнцем, растянулся и скривился, выставив пугающую гримасу.
В голове вертелся припев рок-н-ролльной песенки прошлого века «Дай мне укрытие». Это были «Роллинг Стоунз», но Джоанна не возлагала напрасных надежд на песню: она знала, что укрытия не найти.
Прошел еще час, может быть, три. Наступила ночь. Джоанна расслабила сжатые в нервном напряжении руки, и ее взгляд упал на скомканное письмо, словно в кромешной темноте она могла разглядеть приписку, постскриптум:
Фургон был абсолютно черным, без рекламных надписей на бортах. Поэтому его пребывание здесь в этот ноябрьский полдень так и осталось загадкой. Вдоль улицы в ряд стояли высокие кирпичные особняки, на окнах то и дело колыхались шторы, и любопытные взгляды впивались в девушку, сидевшую за рулем фургона. Даже по меркам Нью-Йорка она казалась довольно странной.
От природы Джоанна Аполло была светлокожей – черта, унаследованная от шведских предков со стороны матери. И тем не менее издали она, облаченная в джинсовую одежду, была похожа на огромного темного паука, когда выкарабкалась из фургона и неуклюже спрыгнула на землю. На ней были коричневые перчатки и того же цвета сапоги, длинные каштановые волосы разметались по круто согнутой спине. Ее склонившееся над землей тело неуловимо напоминало знак вопроса, голова была низко опущена, поэтому жители окрестных домов не могли из окон видеть ни лица, ни огромных темных глаз животной красоты. Сейчас все взгляды были прикованы к ней, внимательно следя за ее движением вниз по улице. Под ее стройными, длинными, словно у паука, ногами, разлетаясь, шуршали сухие желтые листья. Женщина передвигалась на редкость грациозно, с каким-то внутренним изяществом. Именно эта грация так удивила местных жителей, ведь она совсем не соответствовала внешности женщины. Она шла, танцуя, рассказывали потом они.
Тем временем, не замеченная никем, словно крадущийся хищник, на 84-ю улицу выехала маленькая светло-бежевая машина. Она остановилась на углу, где, опередив ее, другой автомобиль занял единственное свободное место парковки.
Молодая женщина остановила свой бежевый «седан» посреди дороги и, оставив двигатель включенным, вышла из машины. Ничто в ней не говорило, что она является
– Мне нужно это парковочное место, – сказала она деловито, без лишних церемоний.
