Рикер отметил про себя необычайное спокойствие босса.
– Спасибо вам за помощь, лейтенант, – сказал агент Хеннеси. – Теперь это дело наше.
Мэллори неслышно приближалась к агенту сзади, но вдруг Рикер передумал и схватил ее за плечо, когда в воздухе уже блеснули кроваво-красные ногти, готовые впиться в свою жертву.
– Оставь его Коффи. Поверь мне, он знает, что делать, – шепнул он ей на ухо. Спокойствие лейтенанта убедило Рикера в его правоте.
Джек Коффи, широко улыбаясь, придвинул стул к столу.
– Хеннеси, есть кое-что, что твой босс, очевидно, забыл упомянуть. Это произошло несколько минут назад. Кто-то позвонил 911 и сообщил о вторжении на радиостанцию. Вызов приняли шесть патрульных копов. Агенты ФБР попытались не пустить их на этаж Иэна Зэкери, а полицейские, как ты знаешь, не подчиняются федералам, – лейтенант бесцеремонно положил ноги на стол, а агент ФБР весь сжался, очевидно, приготовившись к дурным известиям.
– Извини, Хеннеси, но, кажется, один из твоих ребят потерял немного крови. Хорошие новости: наш человек не сломал ему челюсть к чертям собачьим. Всего-навсего разбитая губа. Несколько швов, и будет как новенький. А что касается сообщения о вторжении, – Коффи пожал плечами. – Оказалось, ложная тревога.
Рикер бы скорее подумал, что Мэллори сделала этот липовый вызов, но у нее было алиби на этот временной промежуток. Видимо, лейтенант начал понемногу перенимать ее дурные привычки.
Джек Коффи повернулся к детективу Яносу:
– Патрульные, принявшие вызов, из другого участка. Свяжись с их сержантом. У них приказ держать этаж под контролем,
– У вас нет полномочий заниматься делом о давлении на суд присяжных, – возразил агент Хеннеси.
– О, все давно изменилось, – признался Коффи. – У нас самих есть пара статей, по которым мы хотим задержать Зэкери, – он перевел взгляд на Мэллори. – Ты разве ему не сказала? Извини, я лишил тебя такого удовольствия.
Хеннеси собрался было уйти с папками по делу Косаря под мышкой, но Рикер преградил ему путь.
– Не так быстро, приятель. У тебя уговор с Мэллори. Придется его выполнить, – Рикер опустил глаза на папки. – Лучше просто оставь все здесь.
Последующие полчаса голос доктора Аполло звучал в радиоприемниках по всему Нью-Йорку. В комнате для допросов тоже стоял небольшой приемник.
Рикер выключил звук и повернулся к зеркалу:
– Почему так долго не дают ордер на арест?
Голос Джека Коффи тут же ответил по громкой связи:
– Ищем судью, который не побоится Американского союза гражданских свобод. Уже скоро.
Содержимое папок с делом Косаря было разбросано по столу, но агент Хеннеси лишь молча взирал на это вторжение и барабанил пальцами – признак плохо скрываемого раздражения. Формально агента Хеннеси никто не держал, но огромная фигура детектива Яноса, преграждавшего выход, говорила об обратном.
Теперь агент был в руках Мэллори, которая понемногу начинала выпускать когти, заигрывая с добычей. Перечитав документы, она подняла глаза на Хеннеси:
– Значит, доктор Аполло всегда находилась в списке потенциальных жертв Косаря, – Мэллори скомкала листок. Агент Хеннеси зачарованно наблюдал за тем, как в ее ладонях мятая бумага постепенно превращалась в идеально круглый комок, спрессованный до размеров небольшого камешка.
– Это уничтожение государственных…
– Это полная чушь, – перебила Мэллори. – И ты знаешь. А теперь я хочу увидеть настоящие материалы. Личные заметки, которые так и не попали в базу данных. Сколько промашек ты удалил из компьютера, чтобы никто не узнал о них?
Хеннеси колебался слишком долго. Бумажный комок Мэллори просвистел у него над ухом и отскочил от противоположной стены.
– Если я отыщу все ваши промашки собственноручно, – произнесла она, – то придется присовокупить их к остальным промахам, которые вы уже допустили в этом деле. Я могу собрать пресс-конференцию, все главные каналы, радио, телевидение, в общем, будет весело.
Ее слова возымели магическое действие.
Хеннеси поднял с пола скомканный листок бумаги.
– Это не полная чушь. Когда убили агента Кида, доктор Аполло стала главной подозреваемой. В детстве у нее самой был опыт общения с психиатрами. Она проходила длительную терапию, когда была подростком. Ну и вдруг что-то пошло не так, и она могла просто сломаться. Такое случается. А может, это он сломался, и доктор убила его в результате самообороны. Но мы знаем, что Тимоти Кида убил не Косарь.
– Вы ошибаетесь, – произнес Рикер. – И вот еще одна ваша промашка, – он поднял глаза на своего напарника. – Какая по счету, а, Мэллори?
Но агент Хеннеси не собирался признавать свою ошибку. Когда он заговорил, его голос звучал очень твердо:
