— Неважно, с кем я сейчас. Важно, что с тобой я не была и не буду никогда, — прямо ответила я. — По-моему, мы с этим уже разобрались. Ты привык получать, что хочешь — точнее, кого, — но не в этот раз. Смирись уже и забудь. По-настоящему я тебе не нужна, и ты это прекрасно знаешь.
Не представляла, как еще можно убедить его в своей правоте, а еще важнее — показать госпоже Санли, что на ее драгоценного возлюбленного я не претендую.
К счастью, у Ная хватило ума больше ни о чем подобном не заикаться, и через несколько минут сверлить меня немигающим взглядом управляющая перестала.
— Так что там с ребенком? — вновь переключилась она на несчастного духа.
— Да какого, к безликим, ребенка?! — вспылил тот.
— Нашего, несуществующего, — госпожа Санли похлопала густо накрашенными ресницами в откровенном флирте.
Испугалась даже я, не говоря о Нае, которого мне вдруг стало откровенно жалко.
Он отодвинулся от стола вместе со стулом, едва не повалившись на пол.
— Ты же можешь подарить мне молодость, Наюшка, — пропела ведьма, и к хлопанью ресницами добавились картинно надутые красные губы. — Зелье мне поможешь нужное доделать, я каждую неделю стану его принимать и омоложусь, чтобы вновь стать для тебя самой красивой.
А вот теперь мне захотелось совершенно неприлично — нет, даже не засмеяться. Заржать.
Вот так госпожа Санли, вот так «рыжая чума!» Хочет не только духа к рукам прибрать, но еще и омолодиться за его счет, не гнушаясь при этом никакими методами!
За то время, которое прошло перед возвращением Кирилла, мы стали свидетелями сцены, достойной мыльной оперы. Я уже, не скрываясь, наблюдала за развернувшимся противостоянием, Котик составлял мне компанию, а Герман в какой-то момент негромко предложил делать ставки. К слову, я бы однозначно поставила все теперешние и будущие сбережения на управляющую — она разошлась так, что напоминала уже не рыжую чуму, а безудержное рыжее пламя!
Вернувшись, Кирилл коротко сообщил, что Джея действительно пришла в себя и сейчас чувствует себя намного лучше. А также сказал, что она подтвердила присутствие в гостинице звервона. Желая отомстить, она выслеживала Игоря, но в какой-то момент, незаметно для себя, из охотника превратилась в жертву — ее застали буквально врасплох.
Далее нам всем было вручено расписание дежурств, после чего мы разошлись. Герман проводил меня до комнаты и, фактически передав в лапы моих личных подкроватных телохранителей, ушел. Где-то в глубине души мне хотелось, чтобы он задержался, но у нас впереди было еще столько времени…
Впервые за долгое время я не могла заснуть из-за будоражащих душу впечатлений. Кажется, уже и забыла, каково это — испытывать симптомы влюбленности, от которых распирает настолько, что ты, как ни старайся, не можешь думать ни о чем другом.
Вместо того чтобы переживать из-за утерянного воспоминания, намерения Тэйрона воздействовать на мое сознание и насущных проблем Большого Дома, я эгоистично предавалась мечтам.
Мечтам, которые после сегодняшнего дня стали частью реальности…
Настроение мне подпортили с утра пораньше, не успела я толком позавтракать. Как раз рассказывала Ане с Аленкой о вчерашнем собрании, когда в кухню вошел Тэйрон и бесцеремонно заявил, что по требованию Кирилла должен защитить мое сознание своей магией.
— Спасибо, но мое сознание в вашей магии не нуждается, — не задумываясь, заупрямилась я. — Если Кирилл считает, что мне это необходимо, то пускай сам этим и занимается.
Следующие действия заклинателя духов были до того возмутительными, что я даже растеряла все подходящие слова! Вот, правда, от негодования даже нецензурные забыла!
Приблизившись, он одним рывком поставил меня на ноги, обхватил за плечи железной хваткой и вынудил смотреть себе в глаза… хотя, правильнее сказать, на уровень глаз, поскольку они сами, как обычно, скрывались в тени глубокого капюшона.
И до того, как я обрела дар речи, до того, как решилась высказать все, что о нем думаю, меня лишили возможности сопротивления.
Перед глазами все поплыло, и я погрузилась в вязкую тишину. Цвета вдруг будто выцвели, знакомая кухня утратила привычный вид, сделавшись какой-то другой, неуютной. Постепенно исчезла и она, оставив меня наедине со скрывающейся под капюшоном темнотой. Голова сделалась пустой, хватка на плечах ослабла, но вырваться я больше не пыталась. Как-то незаметно всякое желание сопротивляться ушло, предоставив мне, точно загипнотизированной, всматриваться в подернутое тенью лицо.
Я не знала, сколько продлилось это оцепенение, но как только оно прошло, а окружение не успело вернуться в прежнее состояние, сделала то, что хотела уже давно. Резко — как недавно сам Тэйрон, выбросила вперед руку и сорвала с его головы капюшон.
Зрение вновь расфокусировалось, черты лица увиделись смазанными, но я успела отметить небольшие карие глаза, показавшиеся невероятно знакомыми…
— Юля! — кто-то настойчиво тряс меня за многострадальное плечо. — Юля, ты в порядке?
Конечно, в порядке… таком порядке, что готова убить невыносимого и чрезмерно наглого заклинателя духов!
