Присмотри за мной полностью

– С чего бы мне по тебе убиваться? – недоуменно спросила я.

– Ни с чего, – он закурил, и я почувствовала запах тлеющего табака, приправленного смолами и никотином.

– Ты что-то хотел? – не выдержав, поинтересовалась я.

– Хотел сказать, что сегодня буду поздно.

– Зачем ты мне это говоришь? – я поднялась с намерением зайти в дом, диалоги с этим всегда утомляли меня. – Можешь вообще не возвращаться. Мне все равно.

Я проходила мимо него, когда резко выброшенная рука впечатала меня в дверь. Щекой я почувствовала прохладное лакированное дерево, а дверная ручка больно врезалась в живот. Этот держал меня сзади за шею, не давая мне вывернуться из его рук.

– Отпусти меня, псих!

– Ты не умеешь быть благодарной, избалованная девчонка, – выплюнул он мне в лицо. – Не ценишь хорошего отношения. Не можешь принять то, что ошибалась насчет меня. Ограниченная, глупая дура, которая не видит элементарного: у тебя остался только я. Твой отец решил, что работа важнее дочери; моя мать решила, что твой отец важнее, чем ты; твои друзья… А где они вообще? Кто у тебя был, кроме твоего дорогого Артема? Дай-ка угадаю: никого. И в итоге у тебя остался только я, твой ненавистный кошмар. Как тебе такое? А? Можешь не говорить, я знаю сам. Ты в ярости.

Он резко отпускает меня и идет в дом. Я ошарашенно смотрю ему в спину и вдруг понимаю, что он прав. Во всем и сразу. По каждому пункту. Возможно, я изначально была к нему несправедлива. Но сейчас я действительно в ярости за то, что произошло между нами в тот вечер, и за то, что именно этот человек стал моей опорой после. Он не имел права так поступать со мной, но все же ведь это Макс оказался рядом, когда я нашла Артема, он был рядом на похоронах, он забрал меня оттуда и сейчас он просто пытался поступить правильно. Для чего? Из чувства вины, или чтобы унизить меня еще больше? Я… так запуталась.

– Макс! – я рванула за ним. – Макс, я…

– Что ты? – он обернулся. – Высокомерная стерва ты, вот кто.

– Ты прав, – я посмотрела прямо в его серые огромные глаза. – Я высокомерная стерва. Но даже в этом случае ты не имел права на то, что сделал! Не имел! И рядом ты был только из-за того, что тебе стыдно было за то унижение, которое… которому…

– Что-то я не заметил, чтобы ты была против! – он шагнул в мою сторону и секунду мне показалось, что он меня сейчас ударит.

– А разве ты спрашивал? – вопреки здравому смыслу я тоже пошла в наступление. – Нет, ты все решил сам!

– То есть, ты злишься, потому что я тебя не спросил? – он сделал еще один шаг ко мне и опять навис надо мной бурей, которая вот-вот разразится.

– Да, представь себе! – мне захотелось его ударить.

– А если я спрошу? – он склонил голову на бок, и во мне что-то конвульсивно дернулось.

– Что спросишь? – вдруг онемевшими губами уточнила я.

– Разрешения, – его ладонь скользнула по моему предплечью, вызывая во мне ураган ощущений. – Ты ведь хочешь, чтобы я спрашивал.

– Я не это имела ввиду, – попыталась капитулировать я.

– А я – именно это, – Макс не позволил сбить себя с толку или отдернуть руку. – Если я спрошу, что ты ответишь?

– Что это неправильно, – дрогнувшим голосом ответила я.

– Это не «нет», – криво улыбнулся он.

– Это не «да», – поправила я.

– Хочешь со мной? – резко сменил тему Макс.

– С тобой? Куда? – не поняла я.

– Развлекаться, конечно, – приподнял бровь он. – Ты закисла дома.

– Я не…

– Не доверяешь?

– Нет, – честно ответила я.

– Ладно, – пожал плечами он. – Тогда до завтра.

– До завтра, – кивнула я и сделала шаг в сторону, пропуская его.

Спалось мне плохо. Всю ночь я прислушивалась к шагам за дверью, к скрипу калитки, к любым звукам, которые могли бы мне сказать, что Макс вернулся домой. В какой-то момент сон все же сморил меня, и, когда проснулась, Макс был уже дома – его кеды стояли у дверей, а легкая куртка валялась на диване.

Я включила кофе-машину, залезла в холодильник за чем-нибудь вкусненьким к кофе – сегодня мне хотелось есть. Села за стол, жуя бутерброд с семгой, и поставила перед собой кусок пирога на тарелочке, заботливо оставленный тетей Мариной. Наткнувшись взглядом на пульт, потянулась к нему и включила телевизор, чтобы избежать ощущения одиночества на тихой пустой кухне.

– Сегодня ночью студентка местного института культуры и искусств была зверски убита прямо в своем флигеле, который девушка снимала вместе с подругой, – со скорбным лицом говорила ведущая новостной программы. – Вторая девушка, по мнению следствия, была похищена, и сейчас может находиться в руках злоумышленника. Следующие кадры поражают своей жестокостью…

Я с ужасом смотрела на слабо замыленное видео и слушала истеричные комментарии репортера. Сердце билось, как бешеное, а семга не лезла в горло.

– Привет, – Макс дотронулся до моих плеч, и я вскрикнула от неожиданности.

– Ты напугал меня!

– Прости, – на удивление легко извинился он. – Я не хотел.

– Ты сегодня в настроении, как я погляжу, – протянула я с ноткой зависти.

– Да, ночь была прекрасная, – он улыбнулся так открыто и широко, что я залюбовалась. – Говорил же, пойдем со мной.